ОАО «ВгТЗ» (до 1961 г. Сталинградский тракторный завод им. Ф. Э. Дзержинского), введен в строй действующих предприятий России в 1930 году. 17 июня 1930 года — с конвейера завода сошел первый колесный трактор СТЗ — 1 мощностью 30 л.с.
20 апреля 1932 года освоена проектная мощность завода. С конвейера сошло 144 трактора в сутки.
В годы Великой Отечественной Войны завод осуществлял выпуск и ремонт танков Т — 34, танковых двигателей и артиллерийских тягачей, являясь одним из основных поставщиков военной техники на фронт. 25 ноября 1949 года без остановки производства был осуществлен переход на выпуск тракторов ДТ — 54, оснащенных дизельным двигателем мощностью 54 л.с. 30 декабря 1963 года после проведенной реконструкции, завод приступил к выпуску тракторов ДТ — 75. Обладая высокими потребительскими качествами и значительным потенциалом для модернизации, ДТ — 75 надежно забронировал себе место в будущих планах завода и стал базой для целого семейства тракторов. В последующие годы была проведена большая работа по техническому усовершенствованию трактора ДТ — 75, и сегодня гусеничные пахотные тракторы общего назначения тягового класса 3 — ДТ — 75Д / ДТ — 75Н являются значительным по объему объектом производства. C 1994 года ОАО «ВгТЗ» освоил серийное производство нового гусеничного трактора ВТ — 100 мощностью 120 л.с. и различных модификаций на его базе. Многолетняя деятельность предприятия отмечена правительством страны — «Волгоградский тракторный завод» награжден двумя орденами Ленина, орденом Трудового Красного Знамени, орденом Отечественной войны I степени.
Кто на самом деле построил Сталинградский тракторный?
Вот и не захочешь, а поневоле поверишь в конспирологию. То бишь, в наличие заговоров повсюду и везде. Как-то уж слишком кучкообразно и на один манер выплеснулись вдруг в медийное пространство огромные статьи о том, как Америка в 30-х годах прошлого века «сделала» для СССР всю индустриализацию. Будто именно она, сердешная, построила нам крупнейшие заводы и фабрики, оборудовав их современнейшими на тот момент станками и всякими иными приборами. В том числе, и Сталинградский тракторный. Слаженно и, как по заказу, брякнули эти публикации.
А, может, и впрямь – по заказу?
Рвали жилы, потому что верили!
Насчёт всей индустриализации говорить не будем – и без нас есть труды на эту тему. А вот с нашим тракторным давайте разберёмся. Говорить о том, что Америка чего-то нам построила – ересь, конечно. Государство тут не при делах. Действительную помощь оказали конкретные американские и другие иностранные фирмы. Одной из главных является компания знаменитого предпринимателя, индустриального архитектора Альберта Кана. Это она разработала проект, по которому строился СТЗ.
Станки и оборудование поставили 80 американских машиностроительных компаний и несколько германских фирм. На фото из коллекций Александра Куликова хорошо видна иностранная маркировка этого оборудования. Помогали в запуске и обслуживании его на первых порах 370 американских специалистов.
Но главными всё-таки и на стройке, и в цехах оставались советские люди. Те самые парни и девушки, мужики и бабы, не щадившие себя в тяжком труде. Всякое бывало: и кнут посвистывал над ними, и пряничком потчевали. Однако ключевым тогда всё-таки было осознание нужности дела и самоощущение себя в нём, в достижении поставленной великой цели. Потому все привходящие обстоятельства отходили на второй план. Рвали жилы, потому что верили. И не их вина, что вера эта была потом безжалостно раздавлена и убита.
Большой вопрос: кто кому помогал
А вообще-то – большой вопрос: кто кому помогал. Если кто-то думает, что все эти поставки, проекты дарились молодой Республике просто за красивые глаза, тот таки очень и очень ошибается. Деньжищи с нас драли громадные. Тот же Альберт Кан получил за заказ, по его же признанию, два миллиона долларов. В переводе на нынешние масштабы это совершенно сумасшедшие деньги.
Не будем забывать, что в 30-х годах в Европе и Америке бушевал кризис, так называемая «великая депрессия». Миллионы безработных были выброшены на улицу. Многие из них нашли кров, работу и пристанище в СССР. Много их было и среди прибывших в Сталинград специалистов. Для них строились специальные дома с отдельными квартирами, где им помогали вести хозяйство домработницы. Наверное, по совместительству, сотрудницы ЧК, но ведь это – дело житейское, как говорил Карлссон, который живёт на крыше. Были у американцев и свои магазины, куда наших работяг не пускали и на порог.
Надо признать, работали американцы на совесть. Многие получили даже советские награды. Франк Бруно Хоней, наладивший пружинное дело на заводе, был даже отмечен высшей наградой страны: орденом Ленина. Его превратили в своеобразную икону, превозносили в газетах, рассказывали по радио, возили по стране. В конце концов, товарищ Хоней настолько разлакомился настигшей славой, что стал советским гражданином. И написал книгу «Я уехал из Америки», зачисленную в бестселлеры, но безнадёжно потерявшуюся во времени. Правда, жена не разделила его восторгов и, захватив детей, рванула назад, в родную Америку. Хоней пытался два раза утешиться с советскими жёнами, но оба брака потерпели неудачу.
Ай-я-я-я-я-я-яй, избили негра!
Кстати сказать, именно Хоней предупредил рабочего Роберта Робинсона, что его собираются избить. Свои же коллеги. Дело заключалось в том, что Робинсон был единственным чернокожим в колонии, а нынешней толерантности тогда не было и в помине. Предупреждение помогло мало: Робинсону всё же наваляли люлей белокожие американцы Луис и Браун. Затеялось судебное дело. На защиту угнетённого расистами негра встала вся советская страна. Зашумели газеты, подняв волну под девизом «не допустим в СССР нравов буржуазной Америки».
В Сталинграде в августе 1930 года состоялся суд. Выступили 10 обвинителей. Процесс получил политическую окраску и транслировался по радио во всех общежитиях и бараках СТЗ. Суд приговорил Луиса и Брауна к двум годам лишения свободы, однако приняв во внимание, что «расовая вражда была привита им в силу капиталистической системы эксплуатации низших рас», заменил высылкой за пределы СССР.
Сам Роберт Робинсон вскоре переехал в Москву, работал на подшипниковом заводе, избрался даже депутатом Моссовета. Принял советское гражданство, но затем гордо отказался от него и в 1974 году покинул СССР. Такие вот случались истории – почище сериальных.
Умел выдать метафору товарищ Сталин!
Пуск тракторного завода состоялся 17 июня 1930 года. Гости собрались из многих городов и республик Советского Союза. Директор завода Василий Иванов зачитал приветствие товарища Сталина: «Привет и поздравление с победой рабочим и руководящему составу первого в СССР краснознамённого тракторного гиганта. 50 тысяч тракторов, которые вы должны давать стране ежегодно, есть 50 тысяч снарядов, взрывающих старый буржуазный мир и прокладывающих дорогу новому, социалистическому укладу в деревне».
Как видим, без особых метафор, но – живенько.
Заводу присвоили имя Феликса Дзержинского. Первый опытный трактор СТЗ был отправлен в Москву. Москвичи встретили его со знамёнами, оркестрами, он торжественно проследовал к зданию ВСНХ, к Наркомзему СССР, а потом на Красную площадь и в Кремль, где проходил очередной съезд партии большевиков.
Ведь вот как много напомнили событий и всколыхнули мыслей по их поводу уникальные фотографии коллекций Александра Куликова. Сколько же пережили, сколько перестрадали наши отцы и деды! Всё вынесли, всё преодолели.
С пуском завода ничего ещё не закончилось. Наоборот, всё только начиналось. В невероятном напряжении, зачастую в невыносимых условиях завод набирал обороты. Но это – уже тема отдельного рассказа.
Сталинградский тракторный завод история создания
17 июня 1930 года Сталинградский тракторный завод им. Ф.Э. Дзержинского дал стране первую продукцию – с конвейера сошёл колесный трактор СТЗ-1. На проектную мощность производство было выведено 20 апреля 1932 года: с этого времени конвейер выдавал 144 колесных машин в сутки.
Решение о постройке тракторного завода было принято Высшим Советом народного хозяйства СССР в 1926 году. Местом постройки предприятия выбрали Сталинград: была найдена подходящая площадка для строительства в 14 км от центра города. Это был флагман страны Советов – первый тракторный завод СССР. По просьбе трудящихся, предприятию присвоили имя умершего в 1926 году Ф.Э. Дзержинского. ЦИК СССР удовлетворил эту просьбу.
Сдаточная площадка Сталинградского тракторного завода. На переднем плане танки Т-34, на заднем – артиллерийские тягачи СТЗ-5. Июль 1942 года
Закладка предприятия состоялась 12 июля 1926 года. Завод был построен в рекордно-короткие сроки – понадобилось всего 11 месяцев. Проектирование и оснащение завода оборудованием осуществлялось приглашенными американскими инженерами. Еще на стадии проектирования и строительства они задавались вопросом, отчего заказчик требует избыточного запаса прочности крановых конструкций. Планирующийся выпуск тракторов весом около 5 т не нуждался в кранах, способных поднимать и перемещать конструкции массой 40-50 т. По-видимому, специалисты из США здраво рассуждали, что тракторный завод должен выпускать тракторы: танки будут строить на танкостроительном предприятии. К тому же избыточные мощности, заложенные в производство, приводят к низкой рентабельности предприятия. Руководство же страны, исходя из неминуемости крупномасштабного военного конфликта, закладывало в отечественные заводы и фабрики возможность быстрого перехода к выпуску продукции военного назначения. Так, макаронные фабрики могли быть переведены на выпуск артиллерийских порохов, а папиросные фабрики – на производство патронов.
С середины лета 1937 года Сталинградский тракторный завод приступил к производству гусеничных тракторов АСХТЗ-НАТИ (СТЗ-3). В ноябре этого же года на базе нового гусеничного трактора был налажен выпуск артиллерийского тягача СТЗ-5-НАТИ (СТЗ-НАТИ 2ТВ). К 17 июня 1940 года было произведено 25000 гусеничных тракторов. На Всемирной промышленной выставке в Париже 1938 года трактор АСХТЗ-НАТИ получил высшую награду – «Гран-При».
Завод и окружающая территория во время Сталинградской битвы. Съемка Люфтваффе 17 октября 1942 года
Сталинградский тракторный завод является и неотъемлемой частью отечественного танкостроения. Работы в этой сфере были начаты на СТЗ в 1932 году, когда в его стенах был создан специальный конструкторско-экспериментальный отдел (СпецКЭО), возглавляемый Н.Д. Вернером. Этот отдел подготовил документацию для серийного производства танков Т-26.
Следующей машиной, освоенной СТЗ, стал КВ-1. В дополнение к этому тяжелому танку, в 1940 году было получено задание об организации серийного производства средних танков Т-34-76 и двигателей В-2. Начать выпуск сталинградцы смогли в январе 1941 года. Помимо дизелей В-2, на Сталинградском тракторном заводе выпускали и карбюраторные двигатели М-17.
После начала Великой Отечественной войны СТЗ продолжал выпуск танков Т-34-76 и КВ-1, а также артиллерийских тягачей СТЗ-5-НАТИ, оставаясь одним из основных поставщиков военной техники для советско-германского фронта. В связи с эвакуацией предприятий европейской части СССР, заводу пришлось приступить к самостоятельному выпуску всех комплектующих.
Заводские руины в ноябре 1942 года
Приближение боевых действий, а впоследствии и начавшиеся бои на подступах к городу, не смогли остановить производство: танки Сталинградского танкового завода прямо с конвейера вступали в бой. Зачастую за рычагами боевых машин сидели рабочие предприятия, досконально знавшие свои Т-34 и КВ-1. Так, прорыв частей Вермахта к Сталинграду 23 августа 1942 года, когда немцы пытались ударом вдоль реки с севера захватить город, был провален, так как атака была отбита бригадой рабочего ополчения СТЗ. Возглавлял подразделение инженер-технолог Сталинградского тракторного завода Николай Леонтьевич Вычугов. И все же 13 сентября 1942 года конвейер был остановлен – бои шли уже на территории завода…
Почти через два года Сталинградский тракторный завод, разрушенный до основания в ходе грандиозного сражения на Волге, 17 июня 1944 года сумел возобновить производство. Освобожденный Сталинград, как и прежде, поставлял Красной Армии легендарный танк Т-34. В послевоенные годы СТЗ оставался флагманом советского производства. Трактора с его конвейера обрабатывали поля в разных уголках страны.
В последнее время доходят различные слухи о якобы полной ликвидации тракторной компании «ВгТЗ», но эти данные, к счастью, остаются лишь слухами: предприятие получило государственный заказ и продолжает свою деятельность.
Т-34Э СТЗ на wiki.warthunder.ru
Эта аббревиатура означала Т-34 экранированный, Сталинградский тракторный завод.
Хроники Сталинградского тракторного завода
6 декабря 1928 года Политбюро ЦК ВКП(б) приняло решение «О Ростовском сельмашстрое и Сталинградском тракторном заводе»: «Исходя из решения ЦК о форсировании темпа строительства колхозов и совхозов установить тип трактора «Интернационал» в 15/30 сил, вместо ранее предусмотренного 10/20 сильного, как наиболее целесообразного и экономически выгодного для работы в обобществленном секторе сельского хозяйства. Поручить ВСНХ СССР вести строительство Сталинградского завода с расчетом окончания постройки завода в конце 1931 года. «
8 мая 1929 г. торговый представитель СССР в Америке Саул Брон и американский промышленный архитектор Альберт Кан подписали контракт на проектирование и сопровождение строительства 3-х основных производственных цехов Сталинградского тракторного завода. Вспомогательные цеха были отданы для проектирования другим специалистам и фирмам: проект кузницы был поручен инженеру Смиту, литейную проектировала фирма «Франк Чейс», проект холодной штамповки осуществляли две фирмы: «Ниагара» и «Блисс», а первой и второй термических мастерских – фирма «Роквелл».
В решении Политбюро от 8 июля 1929 года в связи с «выявившимися техническими возможностями» на полгода уменьшался срок пуска завода и ставилась цель провести пуск к концу 1930 года. «Выявившиеся возможности» включали в себя заказ металлоконструкций в Америке и возможности монтировать фундамент с анкерными болтами загодя, до прибытия металлических ферм.
Сначала был забор.
Столь сжатыми сроками строительства были удивлены даже американцы. Госпромстрой (на базе которого в июне 1930-го будет сформирован Госпроектстрой под руководством «архитектора сталинской индустриализации» Альберта Кана) в заявлении, опубликованном в «Торгово-промышленной газете» 2 июня 1929 года, раскритиковал высокие темпы строительства, фактически объявив их неразумными. Заявлять такое со стороны советской строительной организации было очень опрометчивым поступком, и вскоре руководство Госпромстроя подверглось чистке, документация на основные цеха СТЗ была изъята у Госпромстроя и отдана Тракторострою. Документацию эту разрабатывала фирма Альберта Кана в Детройте. В середине июля 1929 г. первый директор завода В.И.Иванов издает приказ: «Американского специалиста мистера Джона Калдера назначить главным производителем работ по строительству завода. Его помощником утвердить мистера Сваджана.»
Несмотря на наличие сильной команды американских специалистов, сложностей хватало. Главная проблемой была кадровая. На 1 июля 1929 года на строительстве работало около 2800 человек. Но не хватало желающих работать на голом энтузиазме, за гроши. Никто из старых рабочих, артельщиков не хотел работать бесплатно и сверхурочно. Нужно было найти выход – привлечь такой рабочий ресурс, который бы работал за идею, которому нужны не столько деньги, а больше почести и похвалы. И решение было найдено. В. И. Иванов встретился с генеральным секретарем ЦК ВЛКСМ Александром Косаревым: «Нужны люди. Нужны сейчас. Дайте нам отряд в семь тысяч. Сперва они будут строить, потом станут хозяевами умнейших станков».
В общей сложности в строительстве и работе СТЗ принимали участие несколько сотен американцев. Кого-то они раздражали, а других приводили в восхищение. Американская деловитость и практичность не вязалась с революционным энтузиазмом некоторых идейных строителей СТЗ. Руководство пыталось искать пути примирения двух конфликтующих идеологий и приобщить молодежь к американскому опыту и стилю работы. На комсомольской конференции в августе 1929 г., В.И. Иванов говорил: «Еще недавно среди нас ценился тот, кто копал землю и таскал мешки вдвое быстрее других, кто на глазах у изумленных товарищей мог сломать руками подкову, но кто уже пять лет не брал книгу в руки. Все это выдавалось за революционную романтику. Но настоящий революционный романтик именно тот, кто, как наш слесарь Загряжский, чтобы лучше овладеть заграничным станком, изучает английский язык, и хочет сам разобраться в премудростях технической литературы. Новым нашим заводам нужны именно такие люди, как слесарь Загряжский!»
Как писал журнал Техника-Молодежи №10 от 1938 года: «Американцы вникали в мелочи, сами залезали в котлованы и на конструкции, показывали рабочим, как надо взять клещи, молоток, как подойти к машине. Они приходили на работу в широкой удобной спецовке со множеством карманов, всегда спокойные, бритые. Во всем, что они делали, был общий стиль простоты, точности, спокойной деловитости…»
Планы по запуску завода были уже давно сорваны, наступило время лихорадочной спешки. Для срочного монтажа были созданы 44 ударные бригады с общей численностью до 3000 человек, в основном комсомольцев. Некоторые бригады занимались тем, что ездили по СССР и пытались ускорить поставку оборудования на завод. Например, в Новороссийске приехавшие комсомольцы застали оборудование в порту в длительной очереди на разгрузку. Ударная бригада самостоятельно организовала сверхплановую разгрузку нужного оборудования и его погрузку на железнодорожные платформы.
Несмотря на всемерные усилия, на 1 мая 1930 г. на СТЗ имелось только 25% необходимого оборудования. Наконец, большой конвейер был смонтирован. Во дворе завода еще валялись леса, значительная часть оборудования еще не поступила на завод. Фактически, за исключением нескольких единиц оборудования, в рабочем состоянии был один лишь конвейер. Решили, что первое время сборка будет идти из машинокомплектов, пришедших из Америки. Но все же по плану часть деталей должна быть изготовлена на месте, фактически полукустарным способом подгонкой напильником. Раму делали в ремонтно-механическом практически вручную.
И все-таки завод был объявлен готовым. 9 июня 1930 г. М. И. Калинин посетил строительство СТЗ. Выступая на 6-тысячном митинге в чугунолитейном цехе, он сказал: «Огромный завод мы построили для того, чтобы вывести деревню из нищих, чтобы русский крестьянин производил на базе машинной техники столько же, сколько производят передовые в техническом отношении страны».
Первый и пока единственный на конвейере трактор загодя уже собирали и разбирали несколько раз, готовясь к торжественному пуску. Все детали были заранее подогнаны, каждый сборщик уже десятки раз отрепетировал свою роль. Выехав из цеха, трактор заглох. Совместными усилиями двигатель был запущен, трактор доехал до места проведения митинга, но после митинга трактору снова потребовался ремонт. Времени было недостаточно, т.к. день спустя трактор, предназначенный в подарок XVI съезду партии, уже был погружен в железнодорожный товарный вагон, идущий в Москву. Поэтому вместе с трактором в Москву отправились и ремонтники. За время пути прямо в вагоне, успев несколько раз перебирать двигатель, трактор все-таки привели в рабочее состояние, что позволило ему без проблем проехать по Москве в сопровождении ликующей толпы.
Доктор Свенфон-Мюллер написал в „Фоссише Цейтунг“ статью, в которой в пух и прах разнес все тщания наладить поточное производство на СТЗ: „Хватаешься за голову! Верховные комиссары всерьез полагают, что 7 200 необученных подростков, среди них 35 процентов девушек, смогут сегодня-завтра скопировать методы Форда, основанные на опыте целого поколения, на высококвалифицированной, дисциплинированной и хорошо оплачиваемой “рабочей силе“, на курсе первоклассных инженеров и мастеров, и в первую очередь на „лучшем в мире материале. “
Увы, голоса скептиков звучали в унисон с реальностью. В июне 1930 г. завод выпустил всего 2 трактора, в июле — 5, в августе — 15, сентябре — 14, а всего до конца года, то есть за 6 с половиной месяцев, 1002.
Настоящие трудности только начинались. Серго Орджоникидзе вспоминал: «Мы взяли лучшие станки и машины для тракторостроения; но как же теперь получить трактор? Мы долгое время ходили вокруг этих станков, вероятно, многие из вас читали в газетах и помнят, сколько мы мучились, чтобы освоить эту новую технику. Помню, когда открыли этот завод, – летом выпустили трактор, затем прошло 4–5 месяцев – ни одного трактора никак не могли выдать… Весь следующий год мы также возились, кое-как довели количество тракторов в день до 10, затем до 25 и очень обрадовались…»
Один из американских специалистов вспоминал о работе на СТЗ: «Производство тракторов постоянно лихорадит, а конвейер, самый смысл существования которого в непрерывном движении, в Сталинграде гораздо больше стоит, чем движется. В общей сложности время его движения составляло лишь около одной трети всего рабочего времени. Потоки деталей каждый день прерывались то тут, то там, то из-за особенно высокого процента брака, то из-за поломки станков, то из-за отсутствия воздуха в литейной и десятков других причин,почти всегда неожиданных, внезапных, замечаемых лишь тогда, когда уже поздно предотвратить прорыв потока, тем более, что завод живёт без минимально необходимых резервов деталей, станков, инструментов, штампов, моделей и т.д. Причём в случае возникновения отдельных прорывов все бросаются к узкому месту, забывая об остальном производстве. «
Напряженность в отношениях всегда чувствовалась между иностранными и русскими рабочими. Порядка 300-400 американцев (а были и иностранцы других национальностей) работало на СТЗ в 30-х годах. Жили они в отдельном поселке, в благоустроенных меблированных домиках из расчета 12 кв. м. площади на человека. Их дети ходили в отдельную иностранную школу, был свой магазин, медпункт, баня. Все это резко контрастировало с положением пролетария советского, влачившего полуголодное существование, жившего с семьей в бараке, где на человека приходилось по 2 кв. м. жилой площади. Баня, одна на огромный рабочий поселок, явно не справлялась. Маленькой амбулатории тоже было недостаточно. Бюро заводского комитета ВКП(б) констатировало: «…Не совсем благоприятная обстановка с жилищами и питанием, рваческие настроения, пьянство, дебоши и паникёрство, разлагающе действующие на остальную здоровую часть рабочих. «
Плохой водопровод был наиболее узким местом рабочего поселка. Отсутствие фильтрации приводило к развитию желудочных заболеваний весной и летом, а в ноябре 1930 года в результате попадания в водопровод сточных вод началась эпидемия тифа. Смертельное заболевание унесло жизни множества советских рабочих и нескольких иностранцев.
Из Спецсводки № 23 ИНФО ОГПУ о перебоях в продснабжении промрайонов и городов. 3 сентября 1930 г. НИЖНЕ-ВОЛЖСКИЙ КРАЙ На 15 августа 1930 г. «…В закрытом распределителе ЦРК, предназначенном для обслуживания 400 американских рабочих Сталинградского тракторного завода, до 7 августа продукты питания отсутствовали. После попытки забастовки со стороны американских рабочих, Правление ЦРК отпустило 1300 кг сливочного масла и другие продукты …На Судоверфи (Сталинград) отмечены случаи, когда в лавках отсутствует хлеб по 2-3 дня …Тракторный завод (Сталинград). Чинить обувь негде, многим рабочим приходится ходить без обуви …При введении выдачи белого хлеба в Сталинграде очереди у распределителей доходили до 1000 человек …В закрытом распределителе Сталинградского Тракторостроя, снабжающем американских рабочих, 1000 кг сливочного масла хранится под открытым небом, подвергаясь порче. Постановка общественного питания в столовых ЦРК Астрахани и Сталинграда продолжает ухудшаться …Тракторострой. Обеды, доставляемые на строительство, грязно приготовлены, особенно гороховый суп, который бывает почти ежедневно.» http://istmat.info/node/26922
И так же медленно повышалось качество сталинградских тракторов. Срывались поставки тракторов для сельского хозяйства. 23 апреля 1934 года нарком земледелия СССР М. А. Чернов докладывал Сталину: «По данным на 21 апреля, Сталинградский и Харьковский тракторные заводы из причитающихся Наркомзему до 1 мая 23 050 тракторов отгрузили 18 745 штук. Остается догрузить 4305 тракторов. Тракторные заводы, снимая с конвейера трактора, задерживают их отгрузку из-за некомплектности. На Сталинградском тракторном заводе количество некомплектных тракторов в последних числах марта и в первой половине апреля доходило до 1600 штук. Трактора снимаются с конвейера и ставятся на заводскую площадку вместо отправки их в МТС и совхозы на полевую работу.»
31 марта 1935 года начальник экономического управления Главного управления госбезопасности НКВД СССР Л. Г. Миронов сообщал Сталину: «Управление по Сталинградскому краю установило выпуск недоброкачественных тракторов Сталинградским тракторным заводом. Целый ряд ответственнейших деталей тракторов выпускается с производства на сборку с заведомым браком, не соответствуя техническим условиям и вопреки установленным правилам, при прямом попустительстве руководящего персонала завода, что приводит к быстрому выходу из строя тракторов во время работы в поле. Вот факты: рама (деталь N1) систематически изготавливается и выпускается с большими перекосами отверстий под полуосевые рукава и промежуточную передачу, что приводит к неправильному соединению шестеренок венца дифференциала (детали N98 и N112), зубья которых, находясь в неполном зацеплении, вызывают ускоренный износ шестеренок. Бракованной рамы за время с октября 1934 года по март 1935 года выпущено 11 000 штук. Из указанных лиц — Белохвостов, Сазонов и другие являются активными троцкистами и эта контрреволюционная троцкистская группировка сомкнулась во вредительских целях с частью к/р специалистов, в состав которой также входили бывш. троцкисты, направив свою к/р работу на подрыв качества тракторов.»
Как видим, руководство партии нашло способ бороться с выпуском некачественной продукции, объявляя бракоделов «троцкистами» и «контрреволюционерами». Вместо делового решения проблем началась охота на ведьм. В 1936г. на заводе арестована группа специалистов немецкого происхождения из 11 человек, почти все они были расстреляны по обвинению в «шпионской деятельности». Cписок осужденных советских граждан на Сталинградском тракторном заводе в 1937-1938гг.:
С 11 июля 1937 года завод перешёл на выпуск гусеничных тракторов АСХТЗ-НАТИ (СТЗ-3) с керосиновым двигателем мощностью 52 л.с. К концу 1937 года был освоен выпуск транспортного трактора (артиллерийского тягача) СТЗ-5 «Сталинец» с двигателем мощностью 52-56 л.с. Всего было выпущено 9944 СТЗ-5, который стал основным тягачом Красной Армии.
Артиллерийский тягач СТЗ-5 «Сталинец» на Красной площади
В годы Великой Отечественной войны завод осуществлял выпуск и ремонт танков Т-34-76, танковых двигателей (в том числе карбюраторных моторов М-17) и артиллерийских тягачей СТЗ-5-НАТИ, оставаясь одним из основных поставщиков военной техники на фронт, несмотря на разрыв кооперации с другими эвакуированными предприятиями отрасли. Из-за этого СТЗ был вынужден делать все комплектующие самостоятельно. Выпуск продукции осуществлялся даже в период после прорыва вермахта к Сталинграду 23 августа 1942 года, причем попытка захвата города с ходу ударом вдоль реки с севера была отбита с участием отряда рабочего ополчения Сталинградского тракторного завода под командованием инженера-технолога Николая Леонтьевича Вычугова. Производство было окончательно остановлено только 13 сентября 1942 года, когда бои шли уже непосредственно на территории завода.
В 1944 завод снова начал выпуск продукции
25 ноября 1949 года без остановки производства был осуществлён переход на выпуск трактора ДТ-54 впервые в СССР оснащённого дизельным двигателем мощностью 54 л.с.
30 декабря 1963 года после проведённой реконструкции завод приступил к выпуску гусеничных тракторов ДТ-75 мощностью 90 л.с. ДТ-75 стал базой для целого семейства тракторов, которые выпускались весь советский период.
В постсоветский период завод был приватизирован, в 2005 прошел процедуру банкротства, затем разделен на несколько предприятий. Производство тракторов фактически прекратилось, не выдержав конкуренции с мировыми производителями. Военную продукцию (БМД-4 и на ее базе самоходную противотанковую пушку «Спрут-СД») выпускает предприятие, вошедшее в государственную оборонную корпорацию «Ростех». БМД-4 имеет новый мощный двигатель 450 л.с., при массе машины 13,6 т это позволяет иметь высокие показатели проходимости по резко пересеченной местности.
