сергиевка усадьба лейхтенбергских история

Градозащитный Петербург

Новости петербургской градозащиты

«Сергиевка» — усадьба Лейхтенбергских

Cегодня мы совершим прогулку по бывшей усадьбе Лейхтенбергских — дворцово-парковому ансамблю «Сергиевка», который является объектом культурного наследия федерального значения.

Расположенный на возвышенности, парк Сергиевка был сформирован в XVIII веке из части петергофского лесного массива и в настоящее время является памятником природы.

Изначально участком владел дворянский род Румянцевых. «Сергиевкой» усадьбу называли по имени сына фельдмаршала П.А. Румянцева-Задунайского, Сергея Петровича.

В 1822 году участок приобрел обер-гофмаршал К. А. Нарышкин, а после его смерти тот перешел к Николаю I, подарившему Сергиевку своей дочери Марии и ее мужу, герцогу Максимилиану Лейхтенбергскому.

Местный загородный дворец для четы, так же, как и Кухонный, и Гофмейстерский корпуса, спроектировал в 1840-х гг. знаменитый архитектор А.И. Штакеншнейдер, построивший для Лейхтенбергских Мариинский дворец в Петербурге.

В середине XIX века по указанию герцога, известного эстета и любителя искусств, парк облагораживают: появляются вырубленные из местного гранита декоративные скульптуры, вазоны, скамьи для гостей.

К сожалению, территория имения сильно пострадала от артобстрелов во время Великой Отечественной войны, оказавшись на линии фронта Ораниенбаумского плацдарма. Большая часть убранства превратилась в руины или попросту пропала.

В послереволюционные годы в усадьбе обосновалась «Детская коммуна», а впоследствии земли перешли в пользование биолого-почвенному факультету Университета.
Сейчас во дворце и постройках расположился НИИ Биологии. Директор Института Дмитрий Владимирович Осипов в рамках проекта «Открытый город» проводит по территории интереснейшие экскурсии, рассказывая, по его собственному выражению, историю усадьбы «без клубнички».

Паломничества к одной из популярных парковых достопримечательностей не прекращаются круглый год. Исполинская скульптура «Голова», федеральный памятник работы неизвестного автора кон. XVIII — нач. XIX веков, расположен в овраге, в начале родника, и над землей видна только его верхняя часть.

Примечательно, что о памятнике вскользь рассказывается в «Дневнике путешествия в Россию» британского писателя Льюиса Кэрролла в августе 1867 года:

«Здесь мы любовались гладкой пеленой водопада, ниспадающего с широких каменных ступеней; тут длинной аллеей, сбегающей под сводом вьющихся растений вниз по лестницам и склонам; там — огромным камнем, обтесанным в форме гигантской головы с лицом и глазами, загадочными, как у кроткого сфинкса, так что казалось, будто какой-то Титан пытается освободиться из-под бремени легшей на его плечи земли…»

Другое упоминание о загадочной скульптуре в истории, которое, впрочем, считают мифом, это встреча с «Головой» А.С. Пушкина. Летом 1817-1818 (?) гг. поэт, якобы побывав в этих местах со своим другом Николаем Раевским, вдохновился на создание фрагмента в «Руслане и Людмиле»:

«Пред ним живая голова.
Огромны очи сном объяты;
Храпит, качая шлем пернатый,
И перья в темной высоте,
Как тени, ходят, развеваясь.
В своей ужасной красоте
Над мрачной степью возвышаясь,
Безмолвием окружена,
Пустыни сторож безымянной,
Руслану предстоит она
Громадой грозной и туманной…»

Шлем, о котором идет речь, существовал в действительности (и, вероятно, крепился к отверстию на носу), но что с ним стало, также покрыто завесой тайны. Поговаривают о внешнем сходстве высеченных в граните воинских черт с суровым ликом П.А. Румянцева-Задунайского.

В интерьерах отданного под НИИ дворца хранятся отреставрированные вазы и скульптуры.

«Венера» (сер. XIX в., автор И.П. Витали, бронза).
Её копия расположена на лестнице в особняке Н.П. Румянцева на Английской набережной, 44.

Барельеф «Ночь» (1815 г., автор Б.А. Торвальдсен, мрамор).
Пятна остались после долгого схоронения мрамора в земле во времена Великой Отечественной войны.

«Немезида» (1846 г., автор Б.А. Торвальдсен).
Найденная в траншее голова статуи долгое время украшала стол директора Института, пока во время раскопок не обнаружили её остов (что символично, в войну изуродованный выстрелом в спину). Скульптура была отреставрирована силами Русского музея в 2011 г.

Среди прочих, в зале заседаний Учёного совета можно увидеть современный пример восстановления культурного наследия – копию скульптуры «Ева у источника» (1818 г., автор Э.Х. Бейли), распечатанную на 3D принтере.

Окна зала северного фасада дворца выходят на предзакатное Ораниенбаумское шоссе, как видим, фонтан и планировка перед ним также были утрачены.

Парк и усадьба Лейхтенбергских хранят по большей части горькие воспоминания о былом величии XVIII – XIX вв., утерянном в разрушительные годы войны, но это нисколько не умаляет живописности местности и ее старинного очарования.

Как выглядела усадьба до революции, вы можете увидеть на старинных фотографиях:

Источник

По следам неразгаданной тайны

Тайна этого каменного изваяния, что как будто вросло в землю, или, наоборот, из земли вырастает, тревожит умы уже ни одного поколения, как ученых, так и обывателей. Спорят, пытаются доказывать, но при этом как-то единодушно все соглашаются, что тайну эту не разгадает никто и никогда…

Ну, как же мне обойти вниманием такую достопримечательность!

Как только эту странную голову неведомого великана ни называли: «Голова Самсона», «Старик», «Адамова голова» и прочее. У входа на территорию усадьбы «Сергиевка» (адрес: Старый Петергоф, Ораниенбаумское шоссе, 2), есть план и там изваяние обозначено как «Валун Адамова голова», — что же! Остановимся на этом названии.

Конечно, обидно немного, что впервые выбрав для посещения эту уникальную усадьбу — свадебный подарок НиколаяI дочери Марии, некоторые посетители бегут именно к «голове», не слишком обращая внимание на потрясающий дворец — творение Штакеншнейдера. Не ищут глазами Троицкую церковь или Английский домик, — их влечет тайна головы и желание сфотографироваться именно на ее фоне (и еще что-то потереть — новая забава, охватившая туристов всего мира).

Согласимся, что мы не окажемся в их шумной и бестолковой компании. Не пополним мы и одиноких чудаков — неоязычников, что приходят к голове ради каких-то ритуалов, совершают свои камлания… Это тоже здесь случается — место мистическое…

Спокойно и вдумчиво мы пройдем по великолепному парку, остановимся, подышим красотой. Правда это случится уже в другом рассказе. Я все-таки решила не утомлять читателя слишком большим материалом, а рассказ об усадьбе будет именно таким.

Да и Адамова голова все же настолько уникальна, что не хочется «пробегать мимо», не поговорив о данном артефакте всерьез (насколько это возможно мне — дилетанту, ведь я не краевед и не историк. Я не работала с документами в архивах и могу только сравнивать результаты поисков других людей, которые очень азартно спорят и на конференциях, и в публикациях. Так что предлагаю сосредоточиться именно на «голове Адама».

— Лена, вы едете завтра в Сергиевку! — моя хорошая знакомая всегда называет меня на «вы» — истинная петербурженка, интеллигентка.

Мы ровесницы, но она иногда напоминает мне большого ребенка, который восторженно смотрит на мир и не устает им восхищаться.

— Я была когда-то в Сергиевке, — начинает она свой небольшой рассказ — Мои друзья работали в Биологическом НИИ и жили там. Однажды они пригласили меня в гости, а потом, заодно и оставили на меня свою собаку — им нужно было куда-то уехать. В первый же день мы пошли с собакой гулять и как только вошли в парк, пёс куда-то меня потащил. Трудно было справиться.

Сначала я сопротивлялась — мне хотелось посмотреть совсем другую часть парка, но собака так натягивала поводок, что я сдалась. Спустились по крутому склону в глубокий овраг, и тогда моему взору предстала та голова. Интересно, что собака, как только привела меня на заветное место, успокоилась, села рядом с изваянием и смотрела испытующе, словно спрашивала: ну, как? Нравится?

Знаете! Я была так растрогана! Я даже поцеловала ее в макушку!

— Вот спасибо тебе, — сказала я псу, — твои хозяева даже не рассказали мне о такой достопримечательности, а ты привела! Вот спасибо тебе!

Положив в свою копилку этот добрый, искренний рассказ, где уже лежали и интересные, и несколько занудливые, довольно убедительные и спорные мнения других исследователей, с публикациями которых познакомилась, я решила, что вначале буду изучать другие достопримечательности усадебного парка, а уж потом встану на «народную тропу», ведущую в заветный овраг. На карте у входа в парк, все достопримечательности были обозначены довольно ясно, и я бы сказала — уважительно — кубики, ромбики, в то время, как изваяние было отмечено всего лишь точкой под номером 9. Однако это ничуть не умаляло ни значимости, ни популярности.

Существует множество версий, в том числе и родившихся в народном сознании, о природе арт-объекта.

Один автор даже предложил читателям систематизацию версий (их множество), но я перелистнула эту страницу без сожаления.

Не стоит путать сам валун, который когда-то, притащил с собой ледник еще в древности и само изваяние — несомненно, творение рук человеческих.

Подобных валунов в этих местах множество.

Некоторые из них использовались древними племенами угро-финов, которые населяли эти земли, для совершения языческих обрядов. Вспомним хотя бы легендарный Конь-камень на острове Коневец, который когда-то, в древности был местом жервоприношений, а впоследствии, после освящения св. Арсением стал основанием часовни. Тогда, как гласит предание, после молитвы святого, из-под камня вырвались неведомые черные птицы и улетели, — присутствующие увидели и были ошеломлены.

Да, подобные камни бывают совсем не простые. Помните знаменитый Синий камень, что находится у Плещеева озера (подобный есть и на берегу озера Неро — Тряславский валун).

Не буду пересказывать легенды, но камни умеют расти и двигаться. Ведь земля живая — она дышит. И разве не впечатляет тот факт, что синий камень сбрасывали в Плещеево озеро, дабы рядом с ним не совершали языческие обряды, но камень постепенно «выползал» из воды и постепенно вновь оказывался на берегу.

Все это стоит припомнить для того, чтобы согласиться, что материал, из которого какой-то умелец-каменотес начал ваять голову великана в Сергиевке, возможно, тоже был «волшебным» — если говорить на языке мифов.

Допускаю, что продолжить работу над изваянием Некто просто не смог, с испугом бросив начатое дело, после потустороннего вмешательства — и так бывает…

Есть правда и другая версия со словом «бросили».

Кто-то придумал, что голова — фрагмент памятника шведскому королю, который начали сооружать во время господства шведов на этих землях. Однако транспортировать даже один фрагмент не смогли — тащили, тащили (до корабля), да и бросили.

В этой связи кто-то фантазирует, что голова — это только то, что возвышается над землей, а сама фигура находится на глубине. Однако никто и никогда даже не попытался проверить этот домысел, и хотя бы начать какие-то раскопки. Голова, словно заколдованная.

Многие (не без оснований) находят сходство головы с внешностью ПетраI и в этой связи также возникает множество сюжетов.

Кто-то готов поверить в то, что какой-то каменотес начал высекать голову Петра Великого в благодарность за то, что царь стал крестным его младенца.

Наиболее уважаемым ученым, который высказывает свое мнение об изваянии, является Дмитрий Владимирович Осипов — доктор биологических наук, профессор, академик РАЕН, директор Биологического научно-исследовательского института Биолого-почвенного факультета СПб ГУ, который ныне и располагается в бывшей усадьбе герцогов Лейхтенбергских в Сергиевке под Петергофом.

Именно благодаря его усилиям в усадьбе многое отреставрировано, обрело новую жизнь.

Кроме того он автор книги «Судьба скульптуры. Собрание усадьбы Сергиевка». Я прослушала выступление Дмитрия Владимировича о «Голове Адама», в котором он более всего склоняется к версии, что это изваяние посвящено Петру Александровичу Румянцеву-Задунайскому (1725–1786) — доблестному воину, полководцу, генералу-фельдмаршалу.

ПетрI в. свое время стал крестным будущего полководца, хотя бытуют упорные слухи, что он был внебрачным сыном царя.

Внешнее сходство несомненно есть. Но тайна сия уже не может быть разгадана. Вполне возможно, что сыновья Петра Александровича — прославившиеся, в том числе и созданием, и организацией, так называемого Румянцевского музея, решили восполнить пробел: Генерал-фельдмаршал, несмотря на свои заслуги, практически не был запечатлен в каком-либо памятнике.

Как бы там ни было, но сходство Румянцева-Задунайского и Петра Великого могло дать повод считать, что это голова несостоявшегося памятника ПетруI.

Это тоже одна из версий.

Исследователи считают, что первоначально на голове был металлический шлем — отверстие на носу скульптуры — место, где утраченный шлем когда-то закреплялся.

Если это так, то легко поверить и в то, что увидев когда-то великую голову богатыря в этом парке, юный А. С. Пушкин был так впечатлен, что в поэме «Руслан и Людмила» вспомнил о той встрече с изваянием и перенес свои фантазии, рожденные той встречей на страницы поэмы. Вспомните «Бой Руслана с головой»…

«…В своей ужасной красоте
Над мрачной степью возвышаясь,
Безмолвием окружена,
Пустыни сторож безымянной,
Руслану предстоит она
Громадой грозной и туманной.
В недоуменье хочет он
Таинственный разрушить сон.
Вблизи осматривая диво,
Объехал голову кругом
И стал пред носом молчаливо;
Щекотит ноздри копием,
И, сморщась, голова зевнула,
Глаза открыла и чихнула…»

И все же версии, часть из которых я здесь привела не вызывают у меня ощущения «жгучей тайны», наоборот, во все сказанное очень легко поверить — вполне возможно, что все так и было! Причем эти версии легко уживаются друг с другом (я исключаю байку про шведского короля, конечно).

Но тайна есть! И о ней почему-то в сравнительном перечислении, мало кто вспоминает.

Дело в том, что ни в одном документе современников будь то дневниковая запись, письмо, какая-либо заметка, — нет упоминания о голове!

Годы жизни сыновей Румянцева-Задунайского: Николая (1754–1826), Сергея (1755–1838).

Годы жизни Марии Николаевны — владелицы усадьбы (1819–1876). Известно, что она любила эпистолярный жанр и все подробно записывала. О «Голове» нет ни слова, хотя должна была бы прогуливаться рядом с таким необычным изваянием.

Источник

Каменная голова в Петергофе. Парк Сергиевка (1 часть)

Нас радушно встречают правила поведения, состоящие из одних запретов.

Дворец Лейхтенбергских в парке Сергиевка

Поднявшись на горку перед нами открывается вид на дворец Лейхтенбергских, построенный в 1842 г. для Марии Николаевны, дочери императора Николая I и её мужа Максимилиана, герцога Лейхтенбергского.

Свежеотреставрированный фасад дворца выглядит великолепно в лучах утреннего солнца.

Часть отреставрированной фонтанной системы дворца защищена от непогоды и вандалов прозрачной конструкцией.

Парадный фасад дворца обращённый в сторону Ораниенбаумского шоссе.

С этих ступений открывается великолепный вид на Финский залив, который немного подпортил экскаватор, начавший рыть траншею за полчаса до нашего приезда в Сергиевку.