Фанаты испугались за жизнь Майкла Джордана, увидев цвет его глаз в новой документалке
Джордан снова приковал к себе взгляды любителей спорта со всего мира. На днях звезда баскетбола выпустила 10-серийный документальный фильм, который отвечает на многие вопросы. Вот только вопрос жёлтых глаз так и остаётся открытым. Впрочем, у фанатов уже есть свои догадки.
В прошлом месяце на «Нетфликсе» начал выходить многосерийный документальный фильм о Майкле Джордане Last Dance («Последний танец»). Сейчас увидели свет уже восемь эпизодов, которые открыли глаза на многие пробелы в биографии звезды NBA, однако один из главных так и остаётся загадкой. Фанаты, обеспокоенные причинами жёлтых глаз баскетболиста, уже нашли в ленте некоторые подсказки.
Впервые Джордана с жёлтыми глазами видели в 2003 году. С тех пор цвет белков оставался непостоянным, однако на кадрах, снятых для «Последнего танца», видно, что теперь глаза звезды жёлтые постоянно. Поклонники заполонили Интернет, обсуждая, что же может быть причиной таких изменений. Большинство считает, что у Джордана может быть желтуха, состояние, которое обычно указывает на проблемы с печенью. Однако всё не так просто.
Если подобные состояния глаз не лечить, это может привести к ухудшению зрения или даже к слепоте. Его глаза слегка обесцвечены, что может указывать на желтуху. Но, похоже, также у него лёгкое поражение глаза, которое может указывать на что-то локальное, вызывающее изменение цвета, например пингвукула
Офтальмолог из Eagle Eye Center в Сингапуре
Также издание VICE сообщает, что жёлтый оттенок белков может быть симптомом и более серьёзных заболеваний печени. Не исключён гепатит, камни в желчном пузыре, цирроз и даже рак.
Сегодня лучшему баскетболисту в истории, Майклу Джордану, 56 лет
Вспомним, как он добился такого успеха и как изменил баскетбол. Большой текст Серго Гаглоева.
Майкл Джордан. Детство и юность
Майкл Джеффри Джордан родился 17 февраля 1963 года в Бруклине (Нью-Йорк). Он был четвертым из пяти детей. Его отец, Джеймс Джордан, работал электриком, мать – служащей в банке. Семья была не то чтобы совсем нищей, однако доходов родителей хватало только на самое необходимое. До 16 лет у будущего мультимиллионера Майкла Джордана не было даже велосипеда.
С самого детства Майкл стал увлекаться спортом, но история успеха Джордана начиналась отнюдь не с баскетбола. Он играл в бейсбол, причем неплохо: добивался успехов на детских и юношеских турнирах, а впоследствии говорил, что отец мечтал видеть его именно бейсболистом. А вот по-настоящему полюбил он именно баскетбол.
Хотя, кто бы мог подумать, что будущей звезде НБА не будет хватать. роста! В 15 лет его рост составлял 175 см. Вполне прилично для подростка, но не для будущего чемпиона. И Джордан посвящал все свободное время оттачиванию прыжка. Упорство подростка дало результаты: он стал игроком школьной команды и взял себе номер 23. Под 45 номером в той же команде играл его брат, и Майкл говорил, что хотел бы быть хотя бы вполовину таким же хорошим игроком, как он.
Успехи подстегнули перспективного паренька, и Джордан продолжил работу над собой. Летом 1980 года Майкл попал на сборы в Университет Северной Каролины. Он произвел на тренеров такое неизгладимое впечатление, что его пригласили на обучение. В 1981 году Майл стал студентом этого университета.
Одновременно с учебой парень начал тренировки в составе местной баскетбольной команды. Он сумел показать себя незаменимым игроком, хотя тренер и ставил для него более высокие задачи по сравнению с другими игроками. Этот план сработал, и в первый же год Майкл вошел в стартовую пятерку университетской команды.
«Я терпел неудачу снова и снова, поэтому я добился успеха»
За первые три сезона Джордан вырос до награды Нейсмита (вручается лучшему игроку среди студентов). Также молодой баскетболист принял участие в панамериканских играх, показав лучшие результаты в национальной сборной. Войдя в национальную команду, он участвовал в летней Олимпиаде 1984 года, где показал высочайшие результаты. Не доучившись год, Джордан бросил университет для участия в драфте НБА, где его выбрал клуб «Чикаго Буллз».
Майкл сразу стал интенсивно тренироваться и быстро вошел в стартовую пятерку, показывая высокую результативность – 28 очков за игру, за что публика его полюбила.
Всего через месяц профессиональной карьеры Джордан попал на обложку спортивного журнала Sports Illustrated с амбициозной подписью «Звезда рождается». 1984 год стал временем первого рекламного контракта с компанией Nike. Для него были выпущены кроссовки Air Jordan в традиционных цветах клуба «Чикаго Буллз» – черно-красных.
Ветераны НБА были недовольны тем, что он «выстрелил» столь стремительно, и даже объявляли ему своеобразный бойкот — не отдавали пасы на площадке. Но Майкл слишком любил баскетбол, чтобы так просто сдаться: даже под сильным давлением Джордану удалось получить титул лучшего новичка лиги, а его команда сумела выйти в плей-офф впервые за несколько лет. Его высоко оценил другой легендарный игрок НБА. Помните эмблему Ассоциации? На ней изображен силуэт спортсмена. Это ни кто иной как Джерри Уэст, легенда легенд. Увидев Джордана на площадке, он сказал: «Первый раз в жизни вижу парня, который напоминает мне меня в молодости».
Большую часть второго сезона Джордан восстанавливался после травмы ноги, но к моменту выхода «Чикаго Буллз» в плей-офф Майкл уже играл и сумел набрать 63 очка в играх на выбывание. С тех пор этот рекорд никому так и не удалось побить.
Третий сезон для Джордана начался с подписания новых игроков в команду, что позволило ей впервые преодолеть первый раунд в плей-офф. Спортсмена назвали лучшим снайпером Лиги. И в следующем сезоне он снова был признан лучшим по сумме набранных очков в игре.
В сезоне 1989/1990 Майкл становится капитаном команды, которую пополнили молодые прогрессивные игроки.
Джордану становилось понятно, что он один никогда не выиграет самый главный титул: играть должна команда. И он стал больше «делиться» мячом с партнерами, а они, в свою очередь, стали больше давать пасов ему. В итоге это сыграло на пользу всем. Противники, опасаясь Джордана, начали играть против лидера максимально жестко – Майкл нарастил мускулатуру, чтобы не чувствовать болезненных ударов. Он и сам стал грубее, проводя против соперников не запрещенные, но весьма чувствительные приемы. Все это наконец-то дало результат: после семи лет игры за Национальную Баскетбольную Ассоциацию Майкл Джордан и его клуб Chicago Bulls стали чемпионами. После главной победы сезона атлетичный, мужественный, страшный противникам по площадке Джордан плакал.
И, кстати, в 1992 году он опять стал олимпийским чемпионом в составе самой первой Dream Team. Говорят, что после матчей в очереди за автографами к игрокам той сборной стояли не только болельщики, но и игроки команды-соперника.
Но, выиграв три титула, Джордан решил, что добился в любимой игре всего, и перешел в бейсбол, где продержался целых два сезона, опять став лидером. Правда, по количеству ошибок.
Добившись такого «антирекорда», он решил вернуться в свою игру. «Каждый мечтает стать следующим Майклом Джорданом. Я должен доказать, что я все еще сам Майкл Джордан». И опять он оказался в «Чикаго Буллз». Всего с его помощью клуб становился чемпионом шесть раз!
Вспомним моменты, за которые мы так любим Майкла Джордана
1. Слэм-данк контест (конкурс по броскам свехру в НБА)
Один из самых знаменитых бросков сверху в истории.
Тот полет Майкла от линии штрафного броска тогда стал откровением. Он показал и доказал, что человек умеет летать.
2. Штрафной бросок с закрытыми глазами
7 мая 1989 года команде Майкла Джордана пришлось противостоять «Кливленду», и после очередного фола капитан «Чикаго Буллз» встал на линию штрафного броска. Легенда баскетбола был уверен в своих действиях и совершил знаменитый прыжок с закрытыми глазами. Видеокамеры зафиксировали этот трюк Джордана. Кадры добавили молодому человеку симпатий и восхищения среди болельщиков.
3. 43 очка в 40 лет
Доказательство того, что его величие не строится на атлетизме.
21 февраля 2003 года, через четыре дня после своего сорокалетия, Майкл Джордан вышел на вашингтонский паркет и сделал то, на что, казалось, у него уже нет сил.
43 очка и 10 подборов – замечательная коллекция, собрать которую в НБА мало кому удается и в 25 лет, а уж в 40 – кажется невероятным.
Но Джоржан всегда рушил все рамки и продолжил делать это даже на пятом десятке жизни.
4. Титул Майклу Джордану как самому ценному игроку лиги и лучшему баскетболисту оборонительного плана в одном сезоне
Никто не скажет, что Майкл был игроком одной половины площадки.
В сезоне 1987-88 Джордану было 24 года, ему несколько месяцев назад не дали титул MVP за 37 очков в среднем за матч, поэтому в новом регулярном чемпионате он решил разрывать еще и в обороне.
Сработало: Майкл впервые взял титул лучшего игрока сезона и добавил к нему звание самого крутого защитника.
Награду, которой не могут похвастаться ни ЛеБрон, ни Коби, ни Мэджик Джонсон с Ларри Бердом.
5. Сломал «Юту» в финале НБА, болея гриппом.
Это была пятая игра финала сезона 1996-97. Счет в серии был равным, «Юта» победила в двух предыдущих матчах, и игроки команды из Солт-Лейк Сити стали фаворитами.
А тут еще Джордан заболел и весь мир до последнего не знал, выйдет ли он вообще на площадку.
Вышел. И отбегал 44 минуты, набрав 38 очков, при этом рубясь за каждый мяч в защите.
Победа команды больной легенды с перевесом в два очка морально сломала Мэлоуна, Стоктона и других игроков «Юты», после чего «Чикаго» взяли шестой матч, и Джордан завоевал свой пятый чемпионский титул.
6. Шестое чемпионство Майкла Джордана 14 июня 1998 года
Уже успевший завершить карьеру, побыть бейсболистом и опять вернуться в баскетбол, Майкл Джордан в 35 лет рвался к своему второму чемпионскому хет-трику. К тому времени он уже был лучшим игроком в истории, но шестой титул стал венцом его шикарной карьеры.
И завоевал он его в своем стиле: за восемь секунд до конца «Буллз» уступали “Юте” одно очко, и тогда мяч в свои руки взял он. Джордан постоял, постучал оранжевым об пол, за восемь секунд до конца начал движение вперед, финтом заставил соперника упасть на паркет и за пять секунд до конца положил бросок со средней точно в цель.
Мяч, который сделал его Богом баскетбола:
7. 63 очка против «Бостона» в плей-офф 1986 года
Почему это круто: молодой Джордан в одиночку почти переиграл одну из лучших команд в истории.
В тот вечер самым крутым партнером Майкла был Орландо Вудридж (вы вряд ли знаете, кто это), а противостояли ему Кевин МакХейл, Ларри Берд, Робер Пэриш, Билл Уолтон, Деннис Джонсон. Что делать, если против тебя играют такие монстры? Для Джордана это был простой вопрос: доминировать, конечно!
Да, Его Воздушество тогда проиграл четыре балла, но зато заявил о себе как о нереальном игроке и установил рекорд по количеству очков в одном матче плей-офф.
Главные достижения Майкла за карьеру
— 2-кратный олимпийский чемпион (1984, 1992)
— 6-кратный чемпион НБА (1991, 1992, 1993, 1996, 1997, 1998)
— 6-кратный MVP финала НБА (1991, 1992, 1993, 1996, 1997, 1998)
— 3-кратный MVP Матча всех звезд (НБА) (1988, 1996, 1998)
— Самый результативный игрок регулярного чемпионата НБА (1987—1993, 1996—1998)
— Лидер регулярного чемпионата НБА по перехватам (1988, 1990, 1993)
— Лучший защитник НБА (1988)
— 14 раз участвовал в Матче всех звезд НБА
— Член списка 50 величайших игроков в истории НБА (1996)
— Включался в сборную новичков (1985)
— 11 раз включался в сборную всех звезд (1985, 1987, 1988, 1989, 1990, 1991, 1992, 1993, 1996, 1997, 1998)
— 9 раз включался в сборную звезд защиты.
Почему Майкл Джордан «Его Воздушество». Зависание с точки зрения физики
История самого стойкого мифа НБА.
Данк, который условно называется «качая колыбель младенца» – это фирменная фишка Джордана. Один из самых известных таких фокусов он выдал еще в колледже, играя против университета Мэриленда.
Но вот этот конкретный – в матче с «Бакс» – получился настолько особенным, что запомнился и ему самому.
«Я бы очень хотел, чтобы ты увидел мой данк в Милуоки, – говорил сам Джордан в разговоре с журналистом Chicago Star Риком Теландером. – Он получился как бы в замедленной съемке. Как будто я отрываюсь от земли, и у меня вырастают крылья. У меня мурашки начинают бегать, когда я смотрю на это. Мне кажется, в какой-то момент «прыжок» может превратиться в полет? У меня пока нет ответа.
Мой вертикальный прыжок никогда не замеряли, но иногда мне самому интересно, насколько высоко я поднимаюсь… Я всегда расставляю ноги, как в этом данке, и кажется, будто у меня открывается парашют, на котором я медленно спускаюсь на паркет. В первом матче против «Никс» я улетел очень высоко. Во время последнего данка дужка кольца оказалась на уровне моих глаз. Иногда ты бьешься об нее кистями рук, но на этот раз я ставил по локоть. Я чуть ли не весь поднимался над кольцом».
Шел сезон-86/87, второй полноценный сезон в карьере Джордана, и происходило действительно что-то необычное: сам молодой лидер «Буллс» полноценно раскрылся в качестве лучшего снайпера лиги и штамповал сверхрезультативные матчи, но особенное звучание его бомбардирским бесчинствам придавали трансцендентальные физические способности. Ощущение, что данк постепенно превращается в полет – это не только субъективное мнение самого исполнителя, еще до Матча всех звезд-87 и первой победы на конкурсе данков Джордана общепризнанно производят в «Его Воздушество», а понятие “hang time”, «зависание в воздухе», становится лучшей иллюстрации для всего, что он вытворяет на площадке.
Смотрите сами: фантастическое ощущение полета.
Само прозвище выкристаллизовалось естественным образом. Как известно, сам Джордан предпочитал называть себя «черным Иисусом», особенно когда устраивал показательные порки несогласным. Но его левитационные способности – это именно то, что изначально привлекло к нему внимание маркетологов Nike. Его бренд получил название Air Jordan, на логотипе отображались крылья, и так как побед особых у «Чикаго» не было, молодую звезду раскручивали именно через его трюки и не признающие законы физики атлетические качества. Еще не успев добиться даже относительных успехов в плей-офф, Джордан уже оставил позади всех именитых суперзвезд 80-х. Шел 87-й год, а честный Мэджик Джонсон в интервью Sports Illustrated говорил: «Правда заключается в том, что есть Джордан и остальные». Не менее честный Лэрри Берд наговорил много бурчаний по поводу того, что такой вот пофигистичный индивидуализм не имеет ничего общего с командными основами баскетбола, но журналисты и маркетологи оставили от его длинных филиппик в истории лишь фразу про «бога в обличии Майкла Джордана».
Джордан взлетел. Взлетел как бренд. Взлетел как новая суперзвезда.
Он выиграл конкурс данков в 87-м (в нем не участвовал его главный соперник Доминик Уилкинс).
Он победил на контесте в 88-м (дело происходило в Чикаго, и многие до сих убеждены, что Уилкинса засудили), где закрыл все мероприятие мгновенно ставшим классикой данком Джулиуса Ирвинга, улетев с линии штрафных. К мифологии добавилась потрясающая фотография полета, быстро ставшая самым популярным постером эпохи: Джордан работал в тесной коллаборации с фотографом и показывал ему, как и что он будет делать.
Уже тридцать лет как это все еще самый известный данк в истории НБА.
Наконец, в 88-м вышла одна из самых успешных моделей Air Jordan 3. На ней крылья были заменены логотипом с прыгающим человечком. Джордан участвовал в съемках для этого изображения еще в 84-м, после Олимпиады в Лос-Анджелесе, и к 88-му он уже сам не верил в то, до каких пропорций вырос миф: «Все думают, что на этой картинке я ставлю сверху. Но ничего подобного не было. Я просто стоял на полу, выпрыгивал и раздвигал ноги, а меня снимали. Я даже не бежал – все думают, что я разбегался и взлетал в такой позе. Это было просто движение из балета, но с мячом в левой руке».
А потом еще и случилось вот это.
Все знают, что человек вроде бы не умеет летать, но за два года Джордан немного поколебал эту убежденность – начали говорить и верить в то, что он задерживается в воздухе чуть ли не на три секунды.
Увы, но гравитация – коварная сволочь.
Физика учит, что на любое тело, находящееся вблизи поверхности Земли, действует сила тяжести, сообщающая ему ускорение, которое называется ускорением свободного падения. Его принятое значение, как известно, равно 9,8 м/с2.
Обычный человек может оторваться от поверхности Земли в среднем на 0,5 секунды и уж точно на значение, не сильно превышающее единицу. Несмотря на то, что Джордан – это баскетбольный бог в обличии Джордана, его пребывание в воздухе во время знаменитого данка (не из «Космического джема») составляет всего 0,92 секунды при скорости 4,5 м/с и высоте в 1,04 метра.
Его полет во время данка определяется по стандартной формуле для параболической траектории движения.
Никакого такого «зависания» при этом не просматривается. Лучшие вертикальные прыжки игроков НБА доходят до порядка 116-120 сантиметров (и примерно такой предполагается и у Джордана в лучшие годы), но параболическая траектория – общая и для обычных людей, и для инопланетных игроков НБА: никому еще не удалось задержаться в высшей точке.
«Зависание», по сути, является оптической иллюзией. Дело в том, что по параболе в случае данка, естественно, двигается центр тяжести баскетболиста, тогда как сам он в это время может распрямлять тело, вытягивать шею, двигать руками, и благодаря этому его голова остается на максимальном уровне чуть дольше. Выглядит все так, будто игрок планирует над поверхностью и не собирается спускаться.
В случае Джордана это еще и усугублялось его уникальными чертами. Во-первых, он умел выпрыгивать с одной ноги, а не с двух – это черта, характерная для данкеров. Во-вторых, обладал невероятной прыгучестью, на уровне лучших из лучших данкеров в истории баскетбола. В-третьих, потрясающе владел телом и перестраивался на лету – как в том самом удивительном моменте в финальной серии с «Лейкерс». В-четвертых, обладал огромными ладонями, позволяющими ему зажимать мяч. Наконец, высовывал язык и тем самым внушал зрителям мысль о невероятной насыщенности полета.
После него в НБА появилось несколько более выдающихся данкеров, но никто из них и близко не подобрался к той иллюзии полета, то создавал Джордан. Именно поэтому «Его Воздушество» правит в одиночестве.
«Я навсегда запомнил, как он забивал, – рассказывал Лэрри Берд. – Никогда не забуду момент, когда он пошел в проход прямо от их скамейки. Я его видел, вышел навстречу, выпрыгнул так высоко, как только мог, но даже не смог ему помешать. И когда он пролетал мимо меня и поставил сверху через Пэриша, я увидел лишь нижнюю часть его шортов. Пэриш заорал на меня: «Почему ты его не выключил?» Я сказал, что не смог до него добраться. Нижняя часть шортов оказалась на уровне моего лица. Вот как высоко он поднялся. И не то чтобы он разбежался с центра площадки. Он получил мяч на крыле, один или два раза ударил в пол и взлетел. Никогда не видел ничего подобного».
Майкл Джордан не величайший игрок в истории NCAA. Но суперзвездой он стал именно в колледже – смотрим вместе финал-1982
Эти выходные в баскетболе должны были пройти под знаком Финала четырех «Мартовского безумия» NCAA.
Но, вы же, знаете. Коронавирус.
Без баскетбола спортивные сайты пытаются развлечь своих читателей. ESPN запустил голосование за лучшего игрока в истории студенческого баскетбола, и его ожидаемо выиграл Майкл Джордан.
И это полнейшая чушь. Потому что голосование было о студенческом баскетболе.
В истории NCAA Джордан вряд ли попадает даже в десятку.
У Пита Маравича – все три самых результативных сезона в истории Ассоциации. Фрэнк Селви набирал 100 очков в одной игре. Остин Карр набирал по 50 очков в среднем в плей-офф 1970 года. Билл Уолтон и Ральф Сэмпсон выигрывали по три награды лучшему игроку сезона подряд! В честь Оскара Робертсона вообще называется этот приз, присуждаемый спортивными журналистами. «Сан-Франциско» Билла Расселла взяли 55 побед подряд. Тайлер Хэнсбро попадал в сборную сезона рекордные 4 раза. Берд и Мэджик подарили противостояние, которого ждали еще с 40-х, когда Джордж Майкан и Боб Курланд могли устроить битву великанов, но играли в разных чемпионских турнирах.
Ну и Карим Абдул-Джаббар, тогда еще отзывавшийся на «Лью Элсиндор».
В общем, не должно было быть вообще никакого голосования за лучшего игрока в истории студенческого баскетбола.
И все же у Майкла Джордана была отличная студенческая карьера (просто не такая отличная, как в НБА). В 1984 году он был признан лучшим игроком сезона по всем версиям, дважды попадал в первую сборную.
А суперзвездой он стал еще до того, как взял все эти почести. И даже до того, как стал лучшим игроком в своей команде.
Добро пожаловать в 1982-й. Перед нами первокурсник университета Северной Каролины, 19-летний Майк Джордан. Он играет в одном из величайших Финалов четырех в истории. Просто посмотрите на список участников:
5 будущих членов Зала славы баскетбола и «списка 50» НБА: сам Джордан, а еще Хаким Оладжувон, Патрик Юинг, Клайд Дрекслер и Джеймс Уорти.
Все четыре тренера – тоже в Зале славы.
Не самые последние игроки 80-х и 90-х Слипи Флойд, Сэм Перкинс, Родни Маккрэй, Дерек Смит. И еще 10 будущих игроков НБА.
В финале столкнулись Северная Каролина и Джорджтаун – тренеры Дин Смит против Джона Томпсона, первокурсники Джордан против Юинга, забивалы Флойд против Уорти, взявшие MVP в своих конференциях и попавшие в сборную сезона.
Телерейтинги матча уступали только встрече Мэджика и Берда в 1979 году.
Игра ожидаемо вышла упорной. Никому из команд не удавалось создать отрыв хотя бы в 5 очков.
За минуту до конца мяч после флоутера Слипи Флойда потанцевал по кольцу и все-таки упал в сетку, дав первое преимущество «Джорджатун Хойас» в концовке – 62:61. На последнюю атаку тренер «Тар Хилс» Дин Смит взял тайм-аут за 30 секунд до сирены.
Предсказывалось, что медленное «нападение четырех углов» Северной Каролины должно было вывести на победный бросок Уорти или Перкинса. Джорджтаун это понимал. Дин Смит понимал, что Джорджтаун это понимал. Уорти и Перкинс даже не коснулись мяча в решающей атаке, настолько прикрыты они были защитой «Хойас».
Но у «Тар Хиллс» был еще один человек, самый молодой на площадке, но с самыми железными нервами.
Включайте вместе с нами трансляцию и обсуждайте первый «The Shot» Майкла Джордана в его карьере.
Как выглядел баскетбол без трехочковых, без ограничения времени на атаку и без правила «трех секунд» в защите:
Дуновение ветра. 4 причины, почему Майкл Джордан величайший игрок в истории НБА
Фото: Fotobank/Getty Images/Allsport/Jonathan Daniel
Автор: Билл Симмонс
Оригинал: Глава из книги «Книга баскетбола» (изд-е 2009 года)
В скобках курсивом – ссылки, не включенные в основной текст
За всю мою жизнь лишь одну суперзвезду постоянно описывали как Ганнибала Лектера. Майкл – убийца. Майкл вырвет ваше сердце. Если вы дадите Майклу шанс, он уничтожит вас. Майкл чувствует кровь. Майкл метит прямо в сердце. Никто не убивает так, как Майкл Джордан. Соперники подключены к аппарату жизнеобеспечения, и Майкл сейчас выдернет его из сети. Майкл съест вашу печень и запьет ее стаканчиком Chianti. И я придумал лишь последнее предложение – все остальное произносилось комментаторами между 1988-м и 1998-м.
Наше общество породило того воина, которым стал Майкл Джордан: мы ценим спортсменов, которые побеждают, полностью используют свой потенциал, остаются в исключительной форме, сжимают кулаки, надирают задницы и готовы скорее покалечиться, чем проиграть. Ронни Лотт пошел на ампутацию мизинца в межсезонье ради того, чтобы продолжить играть в НФЛ. Мы посчитали это невероятно крутым. Мы обожаем Ронни Лотта за это. Вот человеку не все равно! Тайгер выиграл U.S. Open в 2008-м с порванными крестами. Вот это чемпион! Пит Роуз сбил Рэя Фосса, чтобы сделать победный ран в Матче всех звезд 1970-го, покалечив тому плечо и загубив карьеру. Ага, а не надо стоять на пути, когда бежит Пит Роуз! Мы всегда будем любить парней, которые переживают чуть больше, чем остальные, так же, как мы всегда будем ненавидеть тех, кому все по барабану. Почему? Потому что нам нравится думать, что мы бы играли именно так, если бы были одарены подобными талантами. Или еще чем.
Именно поэтому мы никогда не осуждали Майкла Джордана за состязательную паранойю. Если уж мы и говорили об этом, то в превосходных тонах. Этот человек мог делать все что угодно, и так и должно было быть. С 1984 по 1991, судя по всем рассказам – журналов, газет, книг – Джордан выделывал ту же хрень, что и Кобе последнее десятилетие, разве что еще более непростительным и изнуряющим образом. Когда Сэм Смит, наконец, раскритиковал его в оказавшейся абсолютно точной книге «The Jordan Rules», все отреагировали так, как если бы сейчас объявили о том, что Перес Хилтон начал подбрасывать говно на вентилятор в отношении дочек Барака Обамы. Джордан просто не мог быть засранцем, а даже если он им и был, то мы не хотели об этом знать. К тому времени как Кобе вышел на ведущие роли, наше общество стало гораздо более циничным: мы стали склоняться к тому, чтобы скорее разрывать людей на части, чем вставать на их защиту, так что именно так мы и поступили. Если бы Джордан появился на 15 лет позже, с ним случилось бы то же самое.
Джордан просто не мог быть засранцем, а даже если он им и был, то мы не хотели об этом знать
Конечно, образ примадонны Кобе выбрал из-за слабости: он не мог постигнуть свое настоящее лицо и остановился на немного странной игре в Джордана и начал идти к своей цели, пытаясь преуспеть на обеих сторонах площадки (сделал), выиграть несколько перстней (сделал), забить столько очков, сколько возможно (сделал), сымитировать праздничное махание кулаком (сделал) и привести свою команду к титулу (сделал). Все, что относилось к неизбежному переходу от роли «Робина для Бэтмана-Шака» к «Бэтману», выглядело неуклюже.
(Самое главное, что Кобе просто не был крутым. Он не то что не был самым крутым парнем вообще, он никогда не был самым крутым парнем в своей команде. Как и Эй-Род, Кобе всегда пытался играть эту роль, но ты либо крут, либо нет).
Джордан же всегда знал, кем он являлся. Он был обязан выиграть во всем. Он изучал своих соперников и искал следы слабости, доходя до того, что выпытывал инсайдерскую информацию у журналистов и комментаторов. Он до того измочаливал партнеров за карточным столом во время полетов, что тренеры предупреждали новичков, чтобы те держались от него подальше. Однажды он проиграл в пинг-понг Роду Хиггинсу, купил себе стол и стал лучшим игроком в команде. Как-то он поставил через Джона Стоктона и услышал, как владелец «Джаз» Лэрри Миллер закричал: «Почему бы тебе не найти кого-нибудь, кто подходил бы тебе по размеру?!», после чего он поставил через центрового Мела Терпина и спросил у Миллера: «Он достаточно велик для тебя?». Он давал взятки служащим в аэропорту, чтобы те доставали его чемодан в первую очередь, а затем спорил с партнерами, чья сумка пойдет по ленте первой. Как-то раз он, словно маленький ребенок, убежал после тренировочной игры «Чикаго», потому что подумал, что Даг Коллинс неправильно вел счет. Когда университетская команда всех звезд набрала больше очков против Дрим-Тим в собранном наспех тренировочном матче, Джордан начал игру на следующий день с того, что показал на Аллана Хьюстона и сказал: «Я его держу» – после чего Хьюстон в течение двух часов ни разу не дотронулся до мяча.
(Самя известная история: как-то его раззадорил ЛаБрэдфорд Смит, после чего на следующий день проиграл дуэль ЭмДжею 0:47. Еще одна вошла в легенды: Смит 19 марта 1993-го набрал 37 очков, тогда как Джордан только 25. На следующий день разозленный ЭмДжей к перерыву набрал 36, завершив матч с показателями 47-8-8, но Смит все же набрал 15. «Чикаго» победил оба раза).
Джордан оценивал все по результату, а каждого партнера – по тому, насколько он переживает из-за результата. Он постоянно тестировал их и выживал тех, кто не проходил испытания: Денниса Хопсона, Брэда Селлерса, Уилла Пердью, Стэйси Кинга – список гораздо больше, чем вы можете вообразить. Он бил партнеров на тренировках, чтобы подтвердить свое доминирование. В начале карьеры он заходил слишком далеко и его кровожадный огонь мешал нескольким его командам – вы никогда не хотите повлиять на одноклубников настолько, что они боятся проявить себя в центральных матчах. Крэйг Ходжес рассказал Майклу Уилбону об инциденте, который произошел в 90-м: Пиппен сделал ошибку и бросил вызов Джордану на тренировке, после чего Майкл «принялся делать со Скотти все, что хотел. Это было невероятно. Скотти Пиппен был одним из лучших игроков лиги, а Майкл просто уничтожал его, забрасывая один мяч за другим. Скотти был вынужден отступить и сказать: «Остановись, мужик». В течение многих и многих лет Джордан не умел себя сдерживать. Он был одержим победой, но только на его условиях – еще он хотел выиграть звание лучшего бомбардира, забивать по 50 очков тогда, когда ему этого хотелось, и вести себя по отношению к партнерам, словно самый большой задира в тюремной камере – что и подвигло Фила Джексона взять на вооружение треугольное нападение. Это было последнее средство, которое должно было помешать Джордану бесконечно таскать мяч (и, как надеялся Джексон, воодушевить его помощников). К плей-офф 1991-го, когда его партнеры вышли на приемлемый уровень, Джордан нашел разумный баланс между задействованием партнеров и принятие инициативы в ключевые моменты. Остальное – история.
Вы знаете самые лучшие отличительные данные Джордана: у него в коллекции столько великих матчей в плей-офф, индивидуальных показателей и разнообразных наград, сколько нет ни у кого другого. Ему принадлежат больше знаковых моментов, чем кому-либо еще: 63 очка в Гардене, слэмданк-контест 1987-го, «бросок» против «Кэвс» в 88-м, «Ваааааааау, невероятный финт» лэй-ап в финале 91-го, 6 трехочковых в финале 92-го (вместе с пожатием плеч, конечно – это нельзя забыть), 41 очко за матч в финале 93-го, 72 победы в сезоне-96, игра с гриппом в 97-м и Последний бросок в 98-м. За восемь лет он стер с лица Земли восемь выдающихся команд: «Пистонс» эпохи «плохих парней», «Лейкерс» эпохи «Шоу-тайм», «Никс» Пэта Райли, «Блейзерс» Дрекслера, «Санс» Баркли, «Мэджик» Шака, «Джаз» Мэлоуна и «Пэйсерс» Миллера – после тех поражений ни одна из них уже не была прежней.
Он добился всего этого в компании лишь с двумя великими игроками (Скотти Пиппеном и Деннисом Родманом) и кучей ролевых игроков и горе-резервистов. Когда он завоевал свой последний титул в 98-м, мы все согласились: Это величайший баскетболист из тех, что мы видели. Что не помешало нам искать его наследника. Мы потратили еще одиннадцать лет, возводя на престол самозванцев, рекламируя молодых звезд, которые оказывались не готовы к этому, и переоценных подражателей, которые и близко не подходили к этому уровню. Нам нужно перестать искать. Лично я уверен: никому не удастся превзойти Джордана. Никогда. И у меня есть четыре обоснования, почему:
Джордан оценивал все по результату, а каждого партнера – по тому, насколько он переживает из-за результата
Причина № 1: четыре пика. У большинства баскетболистов в карьере бывает лишь один пик, и все (лучший год в карьере). Суперзвезды могут выдать два пика: Хаким в 90-м и 94-м, Баркли – в 90-м и 93-м, Уэст в 66-м и 70-м и Шак в 95-м и 00-м. В очень редких случаях спортсмен может выдать три пика: Берд (84, 86 и 87), Мэджик (82, 85, 87), Карим (72, 76, 80) и Уилт (62, 67, 72) выпустили версию 3.0, которая превосходила версии 1.0 и 2.0 по нескольким показателям. И только Джордан выходил на пик четыре раза, и Джордан 4.0, возможно, был лучше, чем другие три версии. Вот все модели:
ЭмДжей 1.0 (89-90). Его пятый и шестой сезоны, время, когда звезда делает рывок и достигает потолка своих талантов. Джордан привел посредственных «быков» 89-го к 47 победам и довел до финала Восточной конференции, закончив сезон с лучшими показателями со времен слияния лиг: 32,5 очка, 8,0 передачи, 8,0 подбора, 2,9 перехвата, 54 процента с игры, 85 процента штрафных (регулярный чемпионат), 34,8 очка, 7,0 подбора, 7,6 передачи, 2,5 перехвата, 51 процент с игры (плей-офф).
Весной следующего года он провел лучший плей-офф в карьере (43,0 очка, 7,4 передачи, 6,6 подбора и 55 процентов с игры против «Филадельфии») перед тем, как уступить в семи матчах «Детройту». Это период, когда Джордан вышел на свой пик как безупречный спортсмен и забивала: несравненный атлетизм, максимальная взрывная скорость, уважение со стороны судей, которое отличало разве что Лэрри и Мэджика, невероятная выносливость (провел 99 из 99 матчей), несмотря на старые правила, позволяющие «Пистонс» бить его в проходах, и сразу несколько защитников, которые пытались его остановить. Если выпустить того Джордана 89-го в сегодняшнюю НБА, где запрещены жесткие нарушения и нельзя держать противника рукой, то все – он бы набирал по 45 очков за игру.
(Факты о Майкле: в сезоне-87 набирал больше 40 очков 37 раз; первым набрал больше 50 очков в двух матчах плей-офф подряд (в 88-м); к концу 91-го имел самую высокую результативность в среднем в истории регулярных чемпионов, плей-офф и Матчей всех звезд (сохраняет это по-прежнему); пять раз набирал больше 60 очков (один раз в плей-офф) и больше 50 очков еще 34 раза (семь в плей-офф); владеет рекордом по количеству матчей подряд с показателями больше 10 очков (866); единственный игрок, который набирал больше 20 очков в каждом матче финальной серии).
МэДжей 3.0 (зима 96-го). Джордан стряхнул с себя бейсбольное прошлое, перестроил тело для баскетбола и стал играть в более силовой манере на обеих сторонах площадки – вместо Бэрри Сэндерса он стал Эммитом Смитом, занимающим позицию, толкающимся, находящим вариант для атаки и наказывающим защитников на протяжении четырех четвертей. ЭмДжей 3.0 подходит под описания «невероятно изобретательный» и «рациональный на уровне Берда-Мэджика». И, если недостаточно уже этого одного, его бейсбольные неудачи научили его принимать партнеров такими, какие они есть, снисходительно относится к их минусам и адаптировать собственные невероятные способности так, чтобы дополнить их. Он, наконец-то, начал понимать Секрет.
ЭмДжей 4.0 (весна 98). Моя любимая версия. Его прыжок уже совсем не тот, но зато он компенсирует его еще большей активностью и напором. Редко Джордан теперь показывает эмоции; даже победные броски сопровождаются лишь демонстрацией кулака и облегченной улыбкой. Как Али в середине 70-х, теперь он полагается на хитрость, опыт, память и страсть и умеет все (например, как пихнуть Брайона Расселла, чтобы выиграть финал 98-го).
(Именно в этом все величие Джордана: в величайшем эпизоде своей карьеры он решился на наглейший обман, а всем наплевать. Если мы и обращаем на это внимание, то аплодируем ему за его выдумку. Представьте, если бы Кобе выиграл титул подобным толчком. Да мы бы перемывали ему косточки в течение всего лета. Кстати, я всегда думал о символизме этого момента: ЭмДжей оттолкнул парня по фамилии Расселл, чтобы положить бросок, который официально оформил его статус лучшего игрока всех времен).
Джордан 4.0 демонстрирует (ненавижу это слово, но плевать) сюрреалистические способности брать игру в свои руки в самые важные моменты. Можно сказать, что он прошел путь от лучшего баскетболиста всех времен до лучшего «клатчера» всех времен, и его коллекция феноменальных матчей против отменных «Пэйсерс» и «Джаз» – тогда как он боролся с последствиями уже третьего подряд сезона с сотней матчей, выжимал как можно больше из 36-летнего тела, справился с провалом Скотти Пиппена (выпавшего из-за проблем со спиной) в последних двух матчей и все равно смог дотащить «Буллс» до титула – остается уникальным достижением. Как-нибудь посмотрите 6-й матч финала 98-го. Он выиграл его сам. Никакой помощи. Только он. Он набрал 41 из первых 83 очков «Чикаго», выжидая удобного момента даже тогда, когда набивал статистику. За 40 секунд до конца при «-3» он отправляется на убийство – взрывается проходом от кольца до кольца, в защите отнимает мяч у Карла Мэлоуна и кладет победный бросок, без каких-либо пауз – за это время ни один из его партнеров не дотронулся до мяча, подходящая концовка для невероятной игры. Знаю, что ЛеБрон играет фантастически, но, если он будет самостоятельно выигрывать титулы в 36 лет в четвертой ипостаси самого себя, только тогда мы сможем сравнить его и Джордана. И только тогда.
Джордан 4.0 демонстрирует сюрреалистические способности брать игру в свои руки в самые важные моменты
Причина № 2: патологическое нежелание проигрывать. Не могу себе представить, чтобы вновь появился убийца, подобный Джордану, и вот почему: сейчас НБА стала лигой корешков. Эти звезды растут вместе, общаются друг с другом, проводят время летом, выступают за сборную США, пишут друг другу сообщения – это все одна компания. Посмотрите, как Кобе поздравляет Кармело после будто бы бескомпромиссного матча – они выглядят словно бывшие соседи по комнате на встрече выпускников. Великие эпохи Джордана всегда соблюдали уважительную дистанцию: даже когда Мэджик и Айзейя целовали друг друга, в этом присутствовал определенный холодок.
(Помню момент по окончании финальной серии Восточной конференции 88-го, когда МакХэйл что-то рассказывал Айзейе, после чего тот поблагодарил его и пожал ему руку. Я тогда кричал на телевизор: «Какого черта? Не разговаривай с ним! Что ты делаешь?». Именно так это работало тогда).
Когда Джордан и Баркли стали близки, я иногда спрашивал себя, не почувствовал ли Джордан в Баркли потенциального соперника, а затем подружился с ним, чтобы подорвать его агрессию на площадке. Знаете, в какой момент Баркли потерял шанс войти в группу лучших из лучших? Во 2-м матче финальной серии 93-го в Финиксе. Он играл так здорово, как только мог (42-13 при попадании 16 из 26), но Джордан превзошел его, выдав 42-12-9 и уничтожив при этом Дэна Марли. Вы могли видеть это на лице Баркли, когда он уходил с площадки: я не могу победить этого парня. И он не мог.
Все это восходит к тому самому гену Расселла-Джордана. Джордан хотел побеждать и раззадоривал сам себя, перебарщивая с реакцией на каждую обиду (настоящую или выдуманную).
Рик Питино сомневался в том, что его повреждение подколенного сухожилия серьезно во время серии «Никс» – «Чикаго» в 89-м, Джордан заставил его заплатить.
(Питино разозлил Джордана после 3-го матча. Следующие три игры ЭмДжея: 47-11-6, 38-8-10, 40-5-10. Спустя несколько недель Питино стал тренером университета Кентукки. Уверен, все это лишь совпадение).
Две важнейшие истории на тему «Джордан – ненавидящий проигрывать шизофреник».
История № 1: Первый матч финала 92-го – газетчики муссируют болезненный вопрос «Дрекслер или Джордан?» и план «Портленда» «Мы побьем их за счет трехочковых», который те совершенно по-идиотски рассказали всем. Джордан совсем скоро поимеет Клайда Дрекслера на национальном телевидении. Но мы об этом пока не знаем. «Портленд» выходит вперед за счет рывка 17:9 за 6 минут до конца четверти. Болельщики «Чикаго» ничего не понимают: «Портленд» здорово бежит и прибавляет в уверенности. Следующие 17 минут игрового времени: ЭмДжей – «треха», ЭмДжей 2+1, ЭмДжей – «треха», Эм Джей – «треха», ЭмДжей – два, ЭмДжей – два (завершается первая четверть: 33:30, «Блейзерс», у Джордана 18 очков, и он усаживается перевести дух), ЭмДжей возвращается (45:44, «Чикаго») – ЭмДжей – 2, ЭмДжей – «треха», ЭмДжей – перехват + 2, ЭмДжей – два, ЭмДжей – 3, ЭмДжей – сверху, нескладный «сквозняк» Дрекслера, ЭмДжей – «треха» + пожимание плечами. Третий тайм-аут «Портленда» за четверть. «Чикаго» – «Портленд» – 66:49. Джордан набрал 33 очка за 17 минут, 35 в первой половине, больше, чем у Дрекслера, на 27, и побил рекорд плей-офф по трехочковым за половину. Так все и было на самом деле.
История № 2: К середине 90-х соперники Джордана поняли, что лучше его не трогать, породив феномен, которого мы не видали до или после: Майкл стал баскетбольной версией спящего тигра. В лиге, где полно любителей поговорить, постучать себя в грудь и позадирать соперников, никто не решался с ним связываться. Это понималось само собой. Читалось между строк.
Даже летом 2001-го, когда Джордан уже управлял «Уизардс», но задумывался о возвращении, и несколько клубов НБА приехали посмотреть на тренировки калифорнийских школьников. Джордан был там. Как и Пол Пирс, которому довелось общаться с Джорданом благодаря дружбе с уроженцем Чикаго Антуаном Уокером. В какой-то момент Пирс начал задирать ЭмДжея. Не стоит тебе приходить. Теперь это наша лига. Мы не хотим тебя позорить. Все такое. Джордан с довольным видом качал головой и улыбался, а затем спросил: «Когда у нас первый матч с вами? Я преподам вам урок и забью вам 40». Можно только представить, как Джордан вытащил листок бумаги и добавил Пирса в список парней, которым нужно надрать задницу. Естественно, тренер Пирса тогда (Джим О’Брайен) услышал этот разговор и быстро оттащил Пирса, моля свою звезду: «Никогда не разговаривай с ним. Слышишь меня? С этим парнем нельзя дерзить!». К этому моменту Джордан уже три года как повесил кроссовки на гвоздь. Три года! Даже тогда тренер НБА считал его, 39-летнего, настоящей угрозой, тем, кого ни при каких обстоятельствах нельзя выводить из себя. Разбудите меня, когда произойдет что-то подобное.
Причина № 3: харизма. Манут, Берд, Робинсон и Джордан приковывали к себе внимания, входя на арену. Джордан был воплощением рекламы о Э. Ф. Хаттоне. Помните те дурацкие слоганы, когда кто-то говорил: «Мой брокер – Э.Ф. Хаттон, и он говорит…», а все сразу же замирают и начинают слушать? Вот это был ЭмДжей. Один его вид выбивал из колеи всех болельщиков – нечто подобное было с фанатами «Битлз» в середине 60-х. У Джордана было то, что бостонский журналист Джордж Фрэйзер называл шармом: харизма, неповторимая крутость, чувство собственной значимости, которое сложно было описать. Он поглощал внимание аудитории, даже если в зале было 16 тысяч зрителей. Как только входил Джордан, все остальное не имело значения. Менялись выражения лиц, менялись звуки – все это чувствуется даже 15 лет спустя.
Эта реакция не поменялась тогда, когда он ушел из баскетбола. На вечеринке во время Матча всех звезд в 2006-м мы дымили с боссом «Селтикс» Риком Готэмом. Народу почти не было. И вдруг, откуда ни возьмись, появился Чарльз Оукли, а за ним следовало торнадо из человеческих тел, в центре которого был Джордан.
(Момент был гораздо более значимым, чем это может показаться. Понимаете, Оукли – это Шафт по жизни. Помните сцены с драками в баре в «Доме у дороги», когда Суэйзи стоит без движения, а тонкая улыбка появляется на его лице в то время, как десять пьяных парней начинают драку в паре шагов от него? Вот это Оукли. Вы можете нанять пару актеров, чтобы они сыграли роль бандитов на вечеринке и выстрелили друг в друга холостыми в нескольких шагах от Оукли, и не думаю, что он моргнет глазом. Моя любимая история об Оукли: он был телохранителем ЭмДжея в «Чикаго», теперь они оба завершили карьеры, и, насколько я могу судить, он по-прежнему остается телохранителем Джордана. Можно ли более объективно оценить способность надирать задницы, чем личный выбор ЭмДжея: «Знаете что? Нужно, чтобы этот парень по-прежнему был на моей стороне. И плевать, что нам уже по сорок». Я лично считаю, что Оук стал был отличным актером для боевиков. Он круто выглядит, он большой, у него есть обаяние – если бы он смог пробормотать хоть пару слов, то стал бы черным Стивеном Сигалом. Мы знаем, что все в НБА боялись его, что вылилось в знаменитый момент, когда Оук врезал Баркли на встрече игроков во время локаута. Однажды я спросил относительно известного действующего игрока: «Что делает Оукли более пугающим, чем остальные?». Его ответ: «В этой лиге хватает крутых парней, но Оуку посрать». Ну как-то так).
Вот что происходит, когда ЭмДжей заходит в помещение: оно сразу превращается в сцену из «Красавцев». Не важно, что вы думали о вечеринке до того момента, с этого она сразу подскакивает с (поставьте оценку сами) до пяти с плюсом. Как будто бы присутствие ЭмДжея оправдывает весь вечер. Так вот Джордан вошел неторопливым шагом, огляделся, сделал пару затяжек, затем обменялся колкостями с Оуком, притворяясь, что вокруг не было 25 людей, которые в этот момент снимали его на мобильные телефоны. Полторы минуты им хватило. Они пошли в следующую залу. Как только они ушли, все стало снова пресным. Как сказал позже Рик, это было «словно дуновение ветра». ЭмДжей был дуновением, все остальные – листьями и веточками, пролетающими мимо.
Поверю, что ЛеБрон достигнет статуса ЭмДжея, как только он завоюет внимание всех и каждого на 17-тысячной арене и ликвидирует целую трибуну одной лишь улыбкой
Когда он играл, у вас было больше времени, чтобы приготовиться к этому дуновению. За 15 минут до игры вы оглядывались и понимали, что 75 процентов зрителей уже сидят на своих местах. Это было похоже на толпу перед концертом Спрингстина, ожидающую, когда погаснет свет. У каждого мужчины-обладателя хороших мест был самодовольный взгляд – «Я важный, потому что я посещаю эту важную игру». Каждая женщина выглядела так, словно потратила на макияж лишних десять минут. Каждый мальчуган готов был в любой момент самовоспламениться. Тинейджеры с широко открыли глазами стояли на первых рядах, качались вперед и назад, держа ручки, и с жалким отчаянием молились, что ЭмДжей необъяснимым образом перепрыгнет через столики прессы и пойдет в толпу, чтобы раздавать автографы. Как только выходил Джордан, все застывало. Каждый взгляд был устремлен на него. Болельщики издавали странные звуки. Крики и визг смешивался с одобрительными аплодисментами, а затем рождался медленно нарастающий гул, словно цепная реакция: “hhh-hhrrrrrrrHHHRRRAAAAAAAHHHHHH. ”. Здесь был ЭмДжей. И эта энергия никуда не испарялась. Когда он встречался с арбитрами перед игрой, они смеялись над его шутками и выглядели словно официанты, ожидающие от клиента огромных чаевых. Когда он делился советом с партнером, тот внимательно кивал головой, словно ему открывали секрет, который мог изменить его жизнь. Когда он подходил к судейскому столику, замолкали все разговоры на первых рядах. Когда он в первый раз за матч вставал на линию штрафных, тысячи вспышек фиксировали этот момент для будущих поколений. Я видел, как играл Майкл Джордан. Вот он бросает штрафные – люди когда-нибудь будут поражаться этому. Вот что вы думали в тот момент.
Последний раз, когда Джордан играл в Бостоне в форме «Буллз» (декабрь 1997), они вынесли молодую команду «Селтикс», и ЭмДжею это явно приелось. Лучшее время смотреть за Джорданом – именно тогда, когда он придумывает себе дурацкие соревнования, чтобы не скучать. Помню, когда Джордан и Уокер начали ругаться, я толкнул локтем своего друга и сказал: «Смотри, сейчас что-то будет». Мы внимательно наблюдали за Джорданом и Уокером, когда они бегали туда и обратно и не переставали говорить. «Бостон» нарушил правила, и Уокер с Джорданом встали рядом с правой стороны от линии штрафных. Уокер был ближе к кольцу, Джордан стоял слева от него и продолжал издеваться над ним. Уокер сделал ошибку и начал отвечать. Это всегда плохая идея. Я тогда сказал: «Смотри, Джордан говорит Антуану, что он его побьет и заберет подбор через него. Смотри на это. Просто смотри». Само собой, как только его партнер приготовился бросать второй штрафной, руки Джордана пошли в стороны, тогда как его рот не закрывался ни на секунду. Тело Уокера напряглось. Мяч взлетел вверх, и ЭмДжей каким-то образом выпрыгнул перед Уокером, забрал отскок и в едином порыве бросил в кольцо. Кто сфолил на Джордане, чтобы помешать лэй-апу? Антуан Уокер. А мы стояли и смотрели, как Майкл с довольным видом направляется к линии и хохочет, абсолютно довольный собой, как будто он только что обнаружил на полу 100-долларовую купюру. И мы смотрели, как качалась голова Уокера, как будто у маленького мальчика, которого отругали родители. И мы смотрели, как Джордан аккуратно кладет первый штрафной, и огромная улыбка расползается у него по лицу. Его вечер состоялся. Так же, как и наш. И это то, что заставляет меня смеяться, каждый раз, когда я слышу, как парней вроде Уэйда и Кобе и ЛеБрона сравнивают с ним. Ни у кого из них не было таких моментов. Они могут быть близки к нему с точки зрения атлетизма или техники, но в смысле харизмы? Никогда. Даже не близко.
Даже во время его испорченного травмами возвращения с «Вашингтоном» был один момент в первом матче с «Бостоном» в 2001-м, когда Джордан положил ключевой бросок и стал похож на прежнего себя. Он развернулся и побежал на свою половину, двигаясь в своем неповторимом стиле, активно работая локтями. Толпа заревела: мы обожали «Селтикс», но даже минимальная возможность воочию наблюдать за игрой, напоминающей классические матчи, перевесила все остальное – Джордан оглянулся, посмотрел на трибуны, его брови приподнялись, и появилась знаменитая ухмылка. И он очаровал нас. Черт возьми, он очаровал нас. Представьте себе сиськастую чирлидершу-старшеклассницу, которая подмигивает школьному автобусу, наполненному 9-классниками, утройте эту реакцию, и тогда вы все поймете. Я даже не помню, кто тогда выиграл. Серьезно. Все, что я помню, это то, что ЭмДжей вернулся, ЭмДжей был на матче, ЭмДжей был похож на прежнего себя, и возможности были бесконечны. Некоторые люди просто нереальны.
Я поверю, что ЛеБрон достигнет статуса ЭмДжея, как только он завоюет внимание всех и каждого на 17-тысячной арене и ликвидирует целую трибуну одной лишь улыбкой. И не секундой раньше.
Причина № 4: тайна Джордана. Я рассказываю эту историю в настоящем времени, поскольку для меня она произошла не больше трех часов назад. Вернитесь вместо со мной на тот Матч всех звезд 2006-го в Хьюстон. Весь день в субботу я пью Блади-мэри с моим другом Салли и его бостонской командой. Мы как раз размышляем о том, брать ли по второй, когда Оукли лениво входит в зал – именно так, иначе он и не ходит – с тремя подругами, в конце концов, разместившись за соседним столиком. Оукли заказывает всем выпить, а себе берет мартини. Мы немедленно берем по второй. Ну то есть где еще вы получите возможности выпить в двух шагах от настоящего Шафта?
Через двадцать минут появляется Джордан с двумя друзьями, и все замирают. Сначала кажется, что он просто пришел поздороваться, затем мы понимаем, что он сейчас присоединится к ним. Его друзья освобождают для него место внутри и блокируют его креслами с двух сторон, так чтобы никто не мог их побеспокоить. Оукли заказывает еще выпить, мы берем еду и напитки для нашего столика – в тот вечер никуда отсюда уходить мы не собираемся. Люди устремляются туда, чтобы поздороваться, чтобы отдать должное Джордану, чтобы поцеловать кольцо, как будто бы это был настоящий Майкл Корлеоне (с Оукли в роли Луки Брази). В какой-то момент метрах в десяти присаживается агент Дэвид Фэлк и начинает терпеливо ждать приглашения, но в итоге сдается и подходит поздороваться. (Фэлк спрашивает ЭмДжея: «Когда ты пойдешь спать?», а ЭмДжей привычно отвечает: «В 7.30», а мы уважительно киваем).
Выпивка течет рекой. В какой-то момент Оукли приподнимается и начинает прогуливаться вокруг, чтобы размять ноги. Он выглядит так круто, что я не могу удержаться и не сказать: «Хотел бы я брать Оука на прокат на вечеринки». В какой-то момент Оук задумывается над тем, чтобы заказать еду, встает, смотрит, как мы едим, замечает, что у нашего друга Рича чизбургер, и спрашивает, ест ли тот чизбургер, хороший ли это чизбургер, продолжает смотреть на него, продолжает смотреть на него… Клянусь, мы все ждем, что он скажет: «Оук хочет твой чизбургер, и он хочет его прямо сейчас». Но он так не говорит – заказывает сам. Вот фигня.
Проходит два часа. За столом Джордана заканчивают есть. Появляются сигары. Я сижу и шепчу: «Не может такого быть, чтобы скоро не появились и карты. Это невозможно. ЭмДжей нигде не бывает где-нибудь настолько долго, чтобы не появились сигары. У человека сдвиг на почве побед. Карты должны появиться. Точно должны». Тут как раз появляются карты. Они начинают играть в Бид-Уист, разновидность пик, популярную в НБА. Оукли и ЭмДжей играют против двух их друзей, и тут Джордан себя показывает во всей красе. Ну конечно. Мы наблюдаем за его легендарной манерой в действии: он безостановочно болтает, саркастически улыбается, хохочет, когда к нему приходит хорошая карта, даже доводит одного из соперников до того, что парень чуть ли не начинает рыдать вроде одного из карликов Джо Пеши в «Славных парнях». Это не тот корпоративный ЭмДжей, которого мы с вами знаем. Это дикий ЭмДжей, специально приехавший на Матч всех звезд, тот самый, который заставлял всю лигу трепетать на протяжении 90-х. Все логично.
И вот я сижу там и умираю. Знаю, знаю… Я обожаю карты, и у меня игровая зависимость. Но что было бы круче, чем если бы мы с Салли обыграли Оука и ЭмДжея (Даже если у нас и не было шансов, об этом забавно думать. Кроме того, в тот момент я выпил уже около 17 Блади-мэри, так что не судите меня строго). День тем временем становится все страннее и страннее. В районе шести со своей свитой появляется Шакил О‘Нил, облаченный в шикарный костюм с жилеткой, по поводу которого ЭмДжей шутит: «Я рад, что ты справляешься с обязательствами дресс-кода». Все смеются немного громче, чем следовало бы, потому что именно так вы и делаете, когда Майкл Джордан острит: вы ржете как ненормальный. Немного позже появляется помощник тренера. На нем красная кофта с гигантским логотипом Джордана (кто еще может встретить друга, который носит одежду его линии?). ЭмДжей становится все громче и громче, они с Оукли побеждают, и все в баре смотрят на них, при этом притворяясь, что не смотрят, и тут…
С точки зрения морального авторитета игроки относились к Джордану так же, как дети из сериалов к отцу, когда он приходит с работы
Появляется жена ЭмДжея.
Для нее освобождают место. Она садится рядом с ним. Бедный ЭмДжей выглядит так, как будто его вынесли в одну калитку. Трэшток прекращается. Он проваливается в кресло, как маленький ребенок. Сигара исчезает. Закончилось время вечеринок. Теперь надо снова быть мужем. Смотря на то, как все это развивается, я наклоняюсь к Салли и говорю: «Посмотри-ка, он такой же, как и мы».
(Больше нет – через несколько месяцев после она подала на развод. Хорошая новость состоит в том, что Хуанита Джордан всегда будет жить благодаря этой истории и благодаря одному из самых неловких телевизионных моментов: когда ЭмДжей праздновал свой первый титул в раздевалке, Боб Костас по ошибке представил Хуаниту как мать Майкла, после чего тот холодно произнес: «Это моя жена». Ролик есть на YouTube, и я посмотрел его 10543 раза. Он по-прежнему доставляет радость. По-прежнему).
Так и есть. Просто обычный парень, которого спускает на землю его жена. Первый раз в жизни я не хочу быть таким, как Майк.
Эта история произошла больше трех лет назад, и я все еще помню, кто где сидел. Что возвращает нас к загадке Джордана. Он единственная знаменитость, которая двигает эту историю от начала и до конца. Сила его личности удивительна.
Так что да, ЛеБрон может приблизиться к нему когда-нибудь. А если не он, то кто-то другой. Вы инстинктивно захотите передать факел тому человеку. Так просто это все работает. Опять же мы всегда хотим, чтобы Следующий был более велик, чем Предыдущий, и практически невозможно, чтобы Предыдущий сохранил свой титул по мере того, как начинают испаряться воспоминания. Но просто запомните, что суперзвезда Х никогда не превзойдет Джордана исключительно за счет кучи трипл-даблов, множества рекордов и титулов. Они должны помериться с ним и силой личности, которая сопоставима с президентами и миллиардерами. Они должны превзойти жажду борьбы, которая гораздо лучше подошла бы диктатору. Они должны выходить на новые пики тогда, когда мы этого уже и не ждем. Они должны оставаться самыми крутыми людьми даже после того, как исчезнет любая разумная причина, чтобы они владели этим званием. И истории про них должны заканчиваться словами: «Посмотри-ка. Он такой же, как и мы». Майкл Джордан был величайшим баскетболистом всех времен, а кроме того, самым запоминающимся. И быть может, нужно быть и тем, и другим.