Секта
Эта история рассказана мне одним известным российским журналистом, пожелавшим сохранить свое имя в тайне. Также умышленно изменены все имена и названия, присутствующие в рассказе.
Однажды мне позвонил один из моих знакомых и пообещал познакомить меня с нужными людьми.
Я, конечно, исходя из того, что мне частенько подсовывали «пустышку», отнесся к его словам скептически. Тем более, что о сектах я знал не понаслышке, сам в свое время чуть не угодил в сети «Белого братства». Мало ли? Тем не менее, на встречу согласился.
Сколько времени мы провели в дороге, точно сказать не могу. Выйдя из фургона, я увидел перед собой странного постоянно улыбавшегося молодого человека, который поприветствовал меня и сообщил, что я попал в одну из общин, объединяющую верующих. И добавил, что его старшие братья ждут меня. Я огляделся и заметил, что оказался в каком-то странном поселении, состоящем в основном из деревянных аккуратных домиков. И пока я так оглядывался, ко мне подошла молодая женщина лет тридцати и сказала, что моя комната уже готова. Она мне назвала свое имя и добавила, что после встречи со старшими (именно старшими, а не старейшинами, как говорили мне в разных подобных сообществах) я могу принести свои вещи к ней.
После короткого знакомства, все, кто меня встречал, стали расходиться по своим делам, оставив меня наедине с человеком, назвавшимся Михаилом. Он и пригласил меня следовать за ним, в его дом. И уже через полчаса мы с ним разговаривали так, словно были до этого знакомы много лет. К своему ужасу, я узнал, что практически все жители этой общины отлучены от церкви! Что, естественно, для меня самого было немыслимо! А следующим для меня шоком стала информация о том, что они практически отрезаны от внешнего мира, не имеют мобильных телефонов, а телевидение у них свое, кабельное. При этом для обучения детей они имеют возможность приглашать из Москвы самых лучших преподавателей. На мой закономерный вопрос: «Как же вы так живете, и за счет чего?» Михаил мне загадочно ответил, что сегодня вечером, я все сам увижу.
— «Э, брат, что камень за пазухой затаил? Испугался, небось, что тут дела всякие непотребные творятся? Что язык прикусил? Впрочем, страх твой по незнанию, как у любого смертного. Ну, да ладно, ступай отдохни с дороги.»
И Михаил, заулыбавшись, велел меня проводить до моего жилища. Комната, которую мне предоставили, с виду не выделялась ничем необычным, был даже телевизор. Но, во-первых, канал там был всего один, а во-вторых, по нему показывали всякую дребедень, вроде того, как устанавливать теплицу. А еще через некоторое время, какую-то передачу про путешествия. В общем, нормальному цивилизованному человеку из «нашего» мира смотреть было нечего. Зная о том, что в таких сообществах обычно пытаются всеми способами затянуть в свои ряды, я быстренько осмотрел комнату в поисках литературы, или, на худой конец, Библии. Не поленился даже в шкаф и под кровать заглянуть. Ничего. Вообще ничего! Меня начинала бить мелкая дрожь. Я не только не мог понять, в какую историю в этот раз угодил, но и вообще, это не было похоже ни на одну из сект, с которыми я сталкивался ранее. У них даже икон не было! Да и на сатанистов эти ребята не смахивали: у тех хоть какие-то, но символы поклонения есть. Размышляя об этом, я довольно быстро уснул, проспав почти до самого вечера.
Разбудил меня не навязчивый, но довольно настойчивый стук в дверь. В комнату вошла хозяйка дома, которая сообщила, что мне необходимо поужинать и отправляться на встречу с Михаилом. Меня уже там заждались. Что, собственно, я и сделал. Стол во время ужина был достаточно богатым и вкусным. Но, как уже можно было догадаться, на нем не было ни одного мясного блюда. Хотя и присутствовали молоко, соль, даже немного икры. А после ужина отправился в местную церквушку, где уже собралось много народа. Или, если быть наиболее точным, все население общины, включая гостей. Все устроились поудобнее на расставленных вдоль стен стульях. Затем в наступившей тишине раздалось мелодичное звучание голосов хора.
Таким же образом прямо на моих глазах и на виду у всех присутствующих произошло еще несколько исцелений. Люди, которые мгновения назад, имели необратимые физические недостатки, становились полностью здоровы! Но и это было еще не все.
Спустя где-то минут сорок, в одном из слабо освещенных углов комнаты, прямо из ниоткуда, появилось трое человек. Как они там оказались, никто из присутствующих объяснить не мог да и не пытался. Один из мужчин показался мне очень знакомым, настолько, что я окончательно запутался в своих догадках и просто наблюдал за происходящим.
Когда эта троица вышла на свет, кто-то из присутствующих произнес слово «Иисус». Я, конечно, не сопоставлял этого человека с настоящим Иисусом, но он был очень похож на то изображение, что каждый может увидеть, посетив церковь. Когда этот человек вышел на середину помещения, к нему подвели сильно искалеченного мужчину, которого Михаил не смог вылечить. Что-то не получалось.
Первым заговорил Михаил, спросив, знает ли он, кто перед ним? Получив утвердительный ответ, Михаил спросил, верит ли он теперь в свое исцеление? Снова получив утвердительный ответ, Михаил попросил его снять рубашку. Зрелище, которое предстало глазам окружающих, было не для слабонервных: страшные, зияющие раны, перемолотые кости одного плеча, как будто этого человека кто-то рубанул тупым мечом. И тут произошло еще одно чудо! Когда к больному подошел Иисус и протянул к нему свои ладони. на глазах всех присутствующих рана открылась. Из нее побежала грязная, гноящаяся жидкость, затем перемолотые кости и мышцы начали приобретать свое первоначальное положение! А еще через минуту, от этих страшных ранений не осталось ни малейшего намека! Перед всеми стоял полностью здоровый мужчина. И это все произошло на глазах сотни человек! Иисус, который стоял перед ним, тогда произнес:
Затем, очевидно, почувствовав мои душевные терзания и скептически настрой, он подошел ко мне. Назвав меня по имени, он легко угадал мое состояние. При этом у меня в голове промелькнула мысль, что я разговариваю с покойником. Иисус отреагировал на мои мысли спокойно.
— «Человек умирает, чтобы родиться вновь. Но вы сами забыли о том, что человек создан по образу и подобию Отца нашего. А значит, он бессмертен, как и наш Отец. «
Говорил он настолько серьезно, что я не смог даже усомниться в его словах, особенно, после всех тех чудес, которые недавно видел. И тогда я спросил:
— «Неужели я и правда могу жить вечно? В своем теперешнем физическом теле?»
— «Можешь, если захочешь. Велико знание бессмертия, но вы забыли. Иначе жили бы. «
Я хотел, конечно, спросить еще о многом. В считанные мгновения у меня в голове родилась тысяча вопросов. Однако все присутствующие стали расходиться, и кто-то окликнул моего собеседника по имени. Когда мы прощались, Иисус снова пожал мне руку. От этого рукопожатия по моему телу разлилось тепло и я почувствовал умиротворение. На душе стало очень легко, и я подумал, что вернувшись домой, никому не расскажу о том, что видел тут. Пожалуй, меня сразу примут за ненормального. Но и в этом случае Иисус опередил меня.
И мой собеседник, со своими спутниками, отошел в темный угол помещения и исчез. «Свет», который был до этого, внезапно погас. А через мгновение включили обычные лампочки.
Только спустя полгода я, мучаясь сильными сомнениями, рассказал эту историю в письме к своему коллеге. »
Страшные истории про сектантов
Чрево
Снаружи слышно гул ветра и шуршание шин подъехавшей к подъезду машины.
Странные истории из детства
В жизни со мной часто происходили странные случаи, некоторым из них не могу дать объяснения по сей день. Особенно много таких эпизодов было в детстве и юности. Расскажу, для начала, о трех из них. Истории не столько мистические или страшные, сколько загадочные.
Слезы на стене
Расскажу историю, которую мне рассказали на похоронах родственника. Стали женщины между собой критиковать женщину, мол, она не дает
поплакать от души. И вдруг одна из присутствующих в разговоре родственница стала наспех рассказывать тоже о слезах, но довольно
странных. Далее из её слов.
Истории с заправки. Часть 3
Чем бы ни являлось то, что увидел Карлос, оно заставило его рвануть к своей машине настолько быстро, насколько он мог, и быстро уезжать.
Следующим умрёт тот, кто первым выйдет с кладбища
Сегодня была на похоронах дедушки одной подруги, который являлся членом какой-то секты.
По обычаю этой секты, на похоронах присутствовала ясновидящая, которая должна была предсказать кто умрёт следующим.
Агхори: Секта каннибалов и Город Мертвых
Культ агхори — один из самых необычных религиозных культов, практикуемых не только в Индии, но и среди народов всего земного шара. В чем-то перед его мрачными практиками меркнет даже известная магия вуду. Но называть агхори философией тьмы было бы неверно — скорее, его представители стоят за гранью добра и зла, жизни и смерти, морали и приличия, полностью постигая миропорядок, определенный божественными силами, управляющими этим миром.
Пять страшных случаев массовой истерии: Охота на ведьм
Говорят, что с ума люди сходят по одиночке. Однако это мнение ошибочно.
Ki vagy te.mp4
А вы помните, как в 90-е годы в школы ходили всякие сектанты и проводили открытые уроки?
Убийцы! Ненавижу вас, ненавижу!
Вспомнила одну историю, о которой мне хотелось забыть. Забыть, как будто её и не было. Меня до сих пор приводит в ужас именно не мистическая составляющая этой истории.
Секта
Узы крови
В будущем я планирую рассказать о жизни Артура в Убежище и о том, что заставило его покинуть безопасный дом и отправиться в Пустошь.
Есть ли жизнь после секты? Шокирующие истории бывших сектантов
«От секты меня спасли компьютерные игры»
«Свидетели Иеговы» — международная религиозная организация с 8,3 млн последователей по всему миру. В 2017 году признана экстремистской и запрещена в России.
Никита, 19 лет:
Я в секте с младенчества. Моя мама стала свидетельницей за два года до моего рождения. Сектанты тогда ходили по домам. Сначала на благую весть купилась тетя, вскоре подключились мама с бабушкой. Вытащить их из секты было некому: отец сидел в тюрьме, а когда вернулся, только клянчил деньги. Он работал, но проигрывал больше денег, чем доносил до дома. Жили мы на пенсии и льготы: оба моих родителя — инвалиды.
Я был высокий, полный, добрый, хотел дружить со всеми. Мои менее миролюбивые сверстники сразу стали задирать меня из-за полноты, а я не отвечал, не оскорблял их и уж, упаси Господь, никогда их не бил. Свидетелям нельзя драться и оскорблять других. Когда одноклассники поняли это, меня стали избивать. Помню, пришел домой весь помятый и в синяках, а мама сказала, что это испытание Иеговы и я правильно сделал, что не дал сдачи. Мать пару раз публично отчитала моих обидчиков, что только ухудшило мое положение. Это стало первым толчком к выходу из секты: я делал так, как хочет Бог, а вместо благословений видел лишь боль и ненависть и не понимал, за что мне это.
Когда я заканчивал первый класс, рядом со школой открылся компьютерный клуб. Там я познакомился с играми и пристрастился к ним. Я уговорил маму купить комп, пообещав ей играть в «хорошие» игры, без крови и насилия. Вскоре я играл во что угодно, от GTA до Sims. Это был единственный способ выпустить пар, расслабиться и забыть о реальности. Так я стал типичным задротом, но это спасло меня от того, чтобы стать типичным свидетелем: страсть к играм выбила из меня интерес к учению. Но то, что вбивалось годами, из меня на тот момент никто не выбил. Я по-прежнему верил, что учение свидетелей Иеговы — истина. В 12 лет, когда у меня появился интернет, я зашел на сайт «отступников», бывших свидетелей, чтобы сказать им, как сильно они ошибаются. Но стал вчитываться в то, что они описывают, и обнаружил, что они во многом правы. Например, по приказу Руководящего совета свидетели могут врать, нарушать закон. А что, если однажды руководство решит вершить суд Божий своими руками?
Мама ограничила общение со мной, насколько это было возможно: ее интересовали только моя учеба и здоровье, остальные темы были закрыты. Через год она смягчилась и потихоньку стала зазывать меня назад: «Вон сколько признаков последних дней, уже скоро конец!» Но было поздно.
Трудней всего было найти себя в новом, ранее закрытом мире. Я решил, что лучший способ научиться общению — поставить себя в условия, когда иного выбора не будет, и пошел в армию. Я не умел общаться с людьми, тем более с мужиками, которые привыкли решать вопросы силой. Не умел материться, а это было частью армейского быта. Мою речь не понимали и считали, что я умничаю. Первую неделю в армии меня просто проверяли на вшивость, как это бывает со всеми лохами: оскорбляли, чтобы посмотреть на мою реакцию, загоняли в туалет и заставляли чистить унитаз или делать какую-либо работу за других, а если сопротивлялся — били. А как еще из бабы мужика сделать? Сейчас я благодарен ребятам за это, хотя тогда было тяжко.
Однажды я случайно разговорился с одним из адекватных сослуживцев и рассказал ему, кто я, откуда и как так вышло, что я не такой, как все. Он передал это остальным, и они стали учить меня жизни, но без кулаков: объяснили, что издевались надо мной не со зла, а потому что так отсеивают ненадежных и плаксивых парней. Потом каждый раз, когда я, по их мнению, делал что-то не так, отвешивали мне дружескую оплеуху. Потом начальство определило меня в место «получше», и там все началось с начала. В какой-то момент я оказался на грани и думал о суициде: решил нажраться хлорки. Нам выдавали целые банки с таблетками хлора на уборку (после моей попытки таблетки стали выдавать поштучно). К счастью, меня спалил сержант. Он, матерясь, засунул мне в рот два пальца, пытаясь вызвать рвоту, а потом потащил к начальству. В итоге меня отправили к психологу, потом к психиатру, первая подтвердила наличие проблем, вторая — что все печально, но к службе годен. Я рад, что меня не списали по дурке тогда. Благодаря врачам, старшине и сослуживцам сейчас я стал таким же, как и все нормальные люди. Есть еще над чем работать и что менять, но я намерен бороться до конца.
В июне я демобилизовался и сейчас восстановился в техникуме. Учусь на технолога общественного питания. Я продолжаю жить с мамой, общение у нас натянутое. Она все еще пытается вернуть меня в секту, но действует осторожно, надеясь, что «явные признаки последних дней сами вернут меня в лоно организации». Я по-прежнему играю в компьютерные игры, но реже: некогда. Я постоянно ищу, чем себя занять: например, сейчас хожу в «Школу молодого политика», которую организовали у нас в городе.
«Я называла родителей кафирами и мечтала стать шахидкой»
Айгерим, 24 года:
Саид Бурятский был не только учителем, примером праведника, но и мечтой любой из наших. Мы мечтали выйти замуж за такого, как он. Однажды девушки из нашей секты меня чуть не выдали замуж в Афганистан. Туда уехал один из наших братьев по вере, я его лично не знала. За него и хотели отдать. Видимо, Бог реально существует, потому что я осталась у себя дома и спаслась.
Я не считала, что это секта, хотя подруги-мусульманки пытались убедить меня в обратном. Думала, раз весь мир против меня, значит, я права. У меня испортились отношения с родителями, я называла их кафирами. Я стала какой-то жестокой, бессердечной, а до секты была очень любопытной и веселой. Меня ничего не волновало, я перестала слушать музыку, радио, смотреть телевизор, в интернет заходила только, чтобы пообщаться с «друзьями».
Через пару лет я окончательно решила, что уеду на Кавказ, и даже купила билет, но родители поймали меня в аэропорту и насильно увезли домой. Видимо, подруга им рассказала. Я месяц сидела под домашним арестом.
В 19 лет я начала потихоньку осознавать, что мои подруги, которые все время говорили, что убивать беззащитных и невинных людей неправильно, правы. Да и в Коране нет такого приказа от Аллаха. Потом начала отдаляться от «друзей» из этой компании, общение сошло на нет, я поменяла номер телефона. Последствий для меня не было, так как я зашла не слишком далеко. Окажись я в мусульманской стране, уйти от них было бы почти невозможно.
Иногда меня посещали мысли о возвращении, я думала, что предала Аллаха, братьев, сестер и саму себя. Я чувствовала себя потерянной. Родные и друзья меня не оставили, поддерживали, за что я им очень благодарна. Через полгода после ухода из секты я почувствовала себя более свободной. Мир снова стал казаться добрым и цветным. С исламом у меня сейчас никаких отношений нет. Я стараюсь ни с кем не общаться на тему религии. Это очень больная тема для меня. Я проходила курсы у психолога. Друзья и подруги знают и не затрагивают эту тему. Я получила образование, работаю кондитером. Родители и друзья рядом. Жизнь наладилась.
«Религия не могла дать пищу для ума, хотелось не просто верить, а еще и понимать устройство мира»
Секта «Радастея» основана Евдокией Марченко. Согласно учению Марченко, человек является «лучом», заключенным в «скафандр», и может управлять временем с помощью «ритмологии», используя особый «радастейный» язык, предполагающий «переизлучение» (искаженное, анаграммное и аббревиатурное чтение).
Галина, 59 лет:
Я начала заниматься в «Радастее» с 1998 года. Знакомая с воодушевлением начала рассказывать о Марченко, ее учении и возможности самим изменять свою жизнь с помощью ритмологии. Как мы на эту абракадабру повелись, до сих пор не понимаю.
На «Радастах» (выездная программа с лекциями и встречами. — Прим. ред.) нас называли самыми лучшими, любимыми, дорогими и всячески подчеркивали нашу уникальность, нас ждали. Там был праздник, все было очень красиво, а дома — обыденность, суета, будни. Мы были счастливы служить своему «Основному Лучу» — Марченко. Представьте себе, мы сидим в креслах, звучит красивая музыка, включается лазерная подсветка, на сцене танцоры. Потом выходит Евдокия Дмитриевна.
Она могла по 4–5 часов без перерыва рассказывать о мироздании, прошлом Земли, Атлантиде, Гиперборее, об устройстве тела человека, развитии мозга, улучшении памяти. Мы тогда думали, что Марченко считывает все это с ноосферы, что ей открыт какой-то канал знаний. Тогда ведь не было интернета и книг по эзотерике, вот мы и попались. В те годы Марченко организовывала «Радасты» в школах, домах культуры, в Ледовом дворце в Петербурге, в Москве, Австралии, США, Германии, Италии. Ее приняли в члены Союза писателей России. Членами «Радастеи» были мэры, чиновники, депутаты. Ну и как не поверить во все это?
Первые сомнения появились, когда я увидела помощников Марченко, которые в положенное время не только не читали ритмы, но свободно общались между собой. Я пошла на исповедь, продала книги и купила крестик. Вернулась в «Радастею» через 5 лет, увидев в газете «Ритмология», что Марченко вручил медаль кто-то из Союза писателей. Ну, думаю, я, что ли, умнее всех писателей России, которые ее признали? Потом еще Марченко создала институт «Ирлем». Не могу же я быть умнее государства — если уж институт создан, значит, она все правильно делает. Опять стала ездить на «Радасты». Меня к этому никто не принуждал, я ездила сама, читала книги. Вот только времени на семью оставалось очень мало: нужно было постоянно что-нибудь переизлучать — читать ритмы по буквам. Каждой букве соответствует четверостишие, например: буква Б — Блеск белка белизной бег берег берёг — и так на все буквы. Мне нравилось ощущать себя самодостаточной, умеющей управлять своей жизнью.
Стали кончаться деньги. Я на «Радастею» потратила тысяч сто. Марченко выпустила более 400 книг, желательно было иметь их все, кроме того, постоянно какие-то программы, «Радасты», газета. Книги — от 300 рублей, программы — от 5000 рублей, «Радасты» — от 7000 рублей. Я просто перестала покупать книги, смотреть видео и ездить на «Радасты». Никто меня не удерживал. Только знакомые-радастейцы пожалели, что я снова осталась со своим «нераскрытым» мозгом.
Что ушла — не только не жалею, а очень рада. У меня всегда внутри было сомнение, что это за учение, не от дьявола ли, я все-таки православная. Но религия не давала мне пищу для ума, там только вера, а хотелось не просто верить, а еще и понимать устройство мира, научиться управлять своей жизнью, все-таки у меня было высшее образование. Все это было обещано в «Радастее». Нам говорили о науке, для изучения которой создан институт: ты читаешь ритм, и у тебя все получается.
Бесконечные переизлучения, бубнение ритмов — все это я старалась не делать при родных, они очень негативно к этому относились: муж молчал, а дети ворчали, что это секта. А потом я нашла группу пострадавших от «Радастеи» и еще более утвердилась, что учение Марченко от сатаны. Очень жалко людей, которые больше 20 лет в этом. Знаю с десяток человек, которые туда вкладывают все деньги, недоедая, не одеваясь нормально. Есть женщины, которые действительно пострадали из-за секты: развелись с мужем, не общаются с детьми, одна вообще выбросилась из окна. Мои знакомые, женщины за 60 лет, читают только Марченко, ездят только на «Радасты». Когда-то мы все вместе занимались рэйки, читали Рерихов, Блаватскую. Сейчас они об этом даже не вспоминают. Марченко стоит выше всех, даже Бога, ведь она — «Луч».
Сама я не очень пострадала, только деньги потеряла, ну и память немного ухудшилась, самые обычные слова стала забывать.
«Муж бросил меня беременную, потому что я была против сайентологии»
Сайентология — международное движение, основанное американским писателем-фантастом Роном Хаббардом. Сайентологи считают, что человек является бессмертным духовным существом (тэтаном), которое застряло на Земле в «теле из мяса». У тэтана было множество прошлых жизней, и раньше он жил во внеземных цивилизациях.
Алина, 41 год:
Муж мой дружил с сайентологом несколько лет, но я тогда еще об этом не знала. Видимо, он изредка посещал некоторые сайентологические бизнес-курсы. Муж работал риелтором, а в 2015 году, когда рухнул рубль и взлетели ставки по ипотеке, у него начались трудности с работой. Он прошел «Оксфордский тест», который сайентологи используют при вербовке, и по результатам этого теста они разложили по полочкам все его проблемы.
Начались бесконечные семинары, бизнес-встречи в «Клубе успешных людей» — у сайентологов много подобных организаций, названия постоянно меняются. Я стала искать информацию о сайентологии, узнала, что ряд их материалов внесен в список экстремистских. Узнала про учение, согласно которому все, кому не нравится сайентология, являются «подавляющими личностями» и они виноваты во всех бедах. Я пыталась донести эту информацию до мужа, говорила, что сайентологи прикажут разорвать со мной отношения, так как я против их культа. Но муж меня не слышал. Ему внушили, что проблемы в бизнесе начались из-за меня, и через несколько месяцев он от меня ушел. Я тогда была на пятом месяце долгожданной беременности. Можете себе представить мое состояние! Уходил он очень тяжело, как в дурмане. Надеялся, что с бизнесом все наладится. Я знаю, что он переживал разрыв и следил за мной по соцсетям.
Мы на тот момент были знакомы 20 лет, друзья с детства, прожили год вместе. Я думала, что знаю его. Я и в страшном сне себе такого не могла представить. Он не писал, а я — ему. Рожала одна.
Год спустя он вернулся без копейки денег. Просто однажды позвонил и предложил встретиться. Мы месяц общались. Если я затрагивала сайентологию в разговоре, он взрывался. Потом сказал, что мы с ребенком ему нужны — вот и все.
Простить мужа было тяжело. Еще полгода после возвращения в семью он регулярно ходил в секту. Сейчас не ходит, но сайентологом себя все еще считает. К счастью, он у них на плохом счету, ведь живет с «подавляющей личностью», а скрывать это бесконечно невозможно. С ним уже так ласково не разговаривают, как при заполнении «оксфордского теста», деньги просят постоянно, пишут ему, звонят, предлагают перевести на счет, что есть, а остальное потом. Сколько денег он туда угрохал, не знаю, но судя по толстой стопке сертификатов о прохождении курсов — немало. Кстати, сейчас с работой у мужа начало потихоньку налаживаться.
Я не уверена, что останусь с ним, ведь теперь это другой человек. Сайентологи трансформировали его личность. Все доброе, что было в нем, почти утеряно, а эгоизм гипертрофирован. Раньше, когда я расстраивалась и ревела, он тут же смягчался и начинал успокаивать меня, а сейчас могу хоть весь день зареванной ходить — ему без разницы.
«Мама грозилась покончить с собой». Истории бывших сектантов
«От секты меня спасли компьютерные игры»
«Свидетели Иеговы» — международная религиозная организация с 8,3 млн последователей по всему миру. В 2017 году признана экстремистской и запрещена в России.
Никита, 19 лет:
Я в секте с младенчества. Моя мама стала свидетельницей за два года до моего рождения. Сектанты тогда ходили по домам. Сначала на благую весть купилась тетя, вскоре подключились мама с бабушкой. Вытащить их из секты было некому: отец сидел в тюрьме, а когда вернулся, только клянчил деньги. Он работал, но проигрывал больше денег, чем доносил до дома. Жили мы на пенсии и льготы: оба моих родителя — инвалиды.
Я был высокий, полный, добрый, хотел дружить со всеми. Мои менее миролюбивые сверстники сразу стали задирать меня из-за полноты, а я не отвечал, не оскорблял их и уж, упаси Господь, никогда их не бил. Свидетелям нельзя драться и оскорблять других. Когда одноклассники поняли это, меня стали избивать. Помню, пришел домой весь помятый и в синяках, а мама сказала, что это испытание Иеговы и я правильно сделал, что не дал сдачи. Мать пару раз публично отчитала моих обидчиков, что только ухудшило мое положение. Это стало первым толчком к выходу из секты: я делал так, как хочет Бог, а вместо благословений видел лишь боль и ненависть и не понимал, за что мне это.
Я делал так, как хочет Бог, а вместо благословений видел лишь боль и ненависть и не понимал, за что мне это
Когда я заканчивал первый класс, рядом со школой открылся компьютерный клуб. Там я познакомился с играми и пристрастился к ним. Я уговорил маму купить комп, пообещав ей играть в «хорошие» игры, без крови и насилия. Вскоре я играл во что угодно, от GTA до Sims. Это был единственный способ выпустить пар, расслабиться и забыть о реальности. Так я стал типичным задротом, но это спасло меня от того, чтобы стать типичным свидетелем: страсть к играм выбила из меня интерес к учению. Но то, что вбивалось годами, из меня на тот момент никто не выбил. Я по-прежнему верил, что учение свидетелей Иеговы — истина. В 12 лет, когда у меня появился интернет, я зашел на сайт «отступников», бывших свидетелей, чтобы сказать им, как сильно они ошибаются. Но стал вчитываться в то, что они описывают, и обнаружил, что они во многом правы. Например, по приказу Руководящего совета свидетели могут врать, нарушать закон. А что, если однажды руководство решит вершить суд Божий своими руками?
Мама ограничила общение со мной, насколько это было возможно: ее интересовали только моя учеба и здоровье, остальные темы были закрыты. Через год она смягчилась и потихоньку стала зазывать меня назад: «Вон сколько признаков последних дней, уже скоро конец!» Но было поздно.
Трудней всего было найти себя в новом, ранее закрытом мире. Я решил, что лучший способ научиться общению — поставить себя в условия, когда иного выбора не будет, и пошел в армию. Я не умел общаться с людьми, тем более с мужиками, которые привыкли решать вопросы силой. Не умел материться, а это было частью армейского быта. Мою речь не понимали и считали, что я умничаю. Первую неделю в армии меня просто проверяли на вшивость, как это бывает со всеми лохами: оскорбляли, чтобы посмотреть на мою реакцию, загоняли в туалет и заставляли чистить унитаз или делать какую-либо работу за других, а если сопротивлялся — били. А как еще из бабы мужика сделать? Сейчас я благодарен ребятам за это, хотя тогда было тяжко.
В итоге меня отправили к психологу, потом к психиатру, первая подтвердила наличие проблем, вторая — что все печально, но к службе годен
Однажды я случайно разговорился с одним из адекватных сослуживцев и рассказал ему, кто я, откуда и как так вышло, что я не такой, как все. Он передал это остальным, и они стали учить меня жизни, но без кулаков: объяснили, что издевались надо мной не со зла, а потому что так отсеивают ненадежных и плаксивых парней. Потом каждый раз, когда я, по их мнению, делал что-то не так, отвешивали мне дружескую оплеуху. Потом начальство определило меня в место «получше», и там все началось с начала. В какой-то момент я оказался на грани и думал о суициде: решил нажраться хлорки. Нам выдавали целые банки с таблетками хлора на уборку (после моей попытки таблетки стали выдавать поштучно). К счастью, меня спалил сержант. Он, матерясь, засунул мне в рот два пальца, пытаясь вызвать рвоту, а потом потащил к начальству. В итоге меня отправили к психологу, потом к психиатру, первая подтвердила наличие проблем, вторая — что все печально, но к службе годен. Я рад, что меня не списали по дурке тогда. Благодаря врачам, старшине и сослуживцам сейчас я стал таким же, как и все нормальные люди. Есть еще над чем работать и что менять, но я намерен бороться до конца.
В июне я демобилизовался и сейчас восстановился в техникуме. Учусь на технолога общественного питания. Я продолжаю жить с мамой, общение у нас натянутое. Она все еще пытается вернуть меня в секту, но действует осторожно, надеясь, что «явные признаки последних дней сами вернут меня в лоно организации». Я по-прежнему играю в компьютерные игры, но реже: некогда. Я постоянно ищу, чем себя занять: например, сейчас хожу в «Школу молодого политика», которую организовали у нас в городе.
«Я называла родителей кафирами и мечтала стать шахидкой»
Айгерим, 24 года:
Саид Бурятский был не только учителем, примером праведника, но и мечтой любой из наших. Мы мечтали выйти замуж за такого, как он. Однажды девушки из нашей секты меня чуть не выдали замуж в Афганистан. Туда уехал один из наших братьев по вере, я его лично не знала. За него и хотели отдать. Видимо, Бог реально существует, потому что я осталась у себя дома и спаслась.
Я не считала, что это секта, хотя подруги-мусульманки пытались убедить меня в обратном. Думала, раз весь мир против меня, значит, я права. У меня испортились отношения с родителями, я называла их кафирами. Я стала какой-то жестокой, бессердечной, а до секты была очень любопытной и веселой. Меня ничего не волновало, я перестала слушать музыку, радио, смотреть телевизор, в интернет заходила только, чтобы пообщаться с «друзьями».
Через пару лет я окончательно решила, что уеду на Кавказ, и даже купила билет, но родители поймали меня в аэропорту и насильно увезли домой. Видимо, подруга им рассказала. Я месяц сидела под домашним арестом.
В 19 лет я начала потихоньку осознавать, что мои подруги, которые все время говорили, что убивать беззащитных и невинных людей неправильно, правы. Да и в Коране нет такого приказа от Аллаха. Потом начала отдаляться от «друзей» из этой компании, общение сошло на нет, я поменяла номер телефона. Последствий для меня не было, так как я зашла не слишком далеко. Окажись я в мусульманской стране, уйти от них было бы почти невозможно.
Иногда меня посещали мысли о возвращении, я думала, что предала Аллаха, братьев, сестер и саму себя. Я чувствовала себя потерянной. Родные и друзья меня не оставили, поддерживали, за что я им очень благодарна. Через полгода после ухода из секты я почувствовала себя более свободной. Мир снова стал казаться добрым и цветным. С исламом у меня сейчас никаких отношений нет. Я стараюсь ни с кем не общаться на тему религии. Это очень больная тема для меня. Я проходила курсы у психолога. Друзья и подруги знают и не затрагивают эту тему. Я получила образование, работаю кондитером. Родители и друзья рядом. Жизнь наладилась.
«Религия не могла дать пищу для ума, хотелось не просто верить, а еще и понимать устройство мира»
Секта «Радастея» основана Евдокией Марченко. Согласно учению Марченко, человек является «лучом», заключенным в «скафандр», и может управлять временем с помощью «ритмологии», используя особый «радастейный» язык, предполагающий «переизлучение» (искаженное, анаграммное и аббревиатурное чтение).
Галина, 59 лет:
Я начала заниматься в «Радастее» с 1998 года. Знакомая с воодушевлением начала рассказывать о Марченко, ее учении и возможности самим изменять свою жизнь с помощью ритмологии. Как мы на эту абракадабру повелись, до сих пор не понимаю.
На «Радастах» (выездная программа с лекциями и встречами. — Прим. ред.) нас называли самыми лучшими, любимыми, дорогими и всячески подчеркивали нашу уникальность, нас ждали. Там был праздник, все было очень красиво, а дома — обыденность, суета, будни. Мы были счастливы служить своему «Основному Лучу» — Марченко. Представьте себе, мы сидим в креслах, звучит красивая музыка, включается лазерная подсветка, на сцене танцоры. Потом выходит Евдокия Дмитриевна.
Она могла по 4–5 часов без перерыва рассказывать о мироздании, прошлом Земли, Атлантиде, Гиперборее, об устройстве тела человека, развитии мозга, улучшении памяти. Мы тогда думали, что Марченко считывает все это с ноосферы, что ей открыт какой-то канал знаний. Тогда ведь не было интернета и книг по эзотерике, вот мы и попались. В те годы Марченко организовывала «Радасты» в школах, домах культуры, в Ледовом дворце в Петербурге, в Москве, Австралии, США, Германии, Италии. Ее приняли в члены Союза писателей России. Членами «Радастеи» были мэры, чиновники, депутаты. Ну и как не поверить во все это?
Нужно было постоянно что-нибудь «переизлучать» — читать ритмы по буквам. Каждой букве соответствует четверостишие, например: буква Б — Блеск белка белизной бег берег берёг — и так на все буквы
Первые сомнения появились, когда я увидела помощников Марченко, которые в положенное время не только не читали ритмы, но свободно общались между собой. Я пошла на исповедь, продала книги и купила крестик. Вернулась в «Радастею» через 5 лет, увидев в газете «Ритмология», что Марченко вручил медаль кто-то из Союза писателей. Ну, думаю, я, что ли, умнее всех писателей России, которые ее признали? Потом еще Марченко создала институт «Ирлем». Не могу же я быть умнее государства — если уж институт создан, значит, она все правильно делает. Опять стала ездить на «Радасты». Меня к этому никто не принуждал, я ездила сама, читала книги. Вот только времени на семью оставалось очень мало: нужно было постоянно что-нибудь переизлучать — читать ритмы по буквам. Каждой букве соответствует четверостишие, например: буква Б — Блеск белка белизной бег берег берёг — и так на все буквы. Мне нравилось ощущать себя самодостаточной, умеющей управлять своей жизнью.
Стали кончаться деньги. Я на «Радастею» потратила тысяч сто. Марченко выпустила более 400 книг, желательно было иметь их все, кроме того, постоянно какие-то программы, «Радасты», газета. Книги — от 300 рублей, программы — от 5000 рублей, «Радасты» — от 7000 рублей. Я просто перестала покупать книги, смотреть видео и ездить на «Радасты». Никто меня не удерживал. Только знакомые-радастейцы пожалели, что я снова осталась со своим «нераскрытым» мозгом.
Нам говорили о науке, для изучения которой создан институт: ты читаешь ритм, и у тебя все получается
Что ушла — не только не жалею, а очень рада. У меня всегда внутри было сомнение, что это за учение, не от дьявола ли, я все-таки православная. Но религия не давала мне пищу для ума, там только вера, а хотелось не просто верить, а еще и понимать устройство мира, научиться управлять своей жизнью, все-таки у меня было высшее образование… Все это было обещано в «Радастее». Нам говорили о науке, для изучения которой создан институт: ты читаешь ритм, и у тебя все получается.
Бесконечные переизлучения, бубнение ритмов — все это я старалась не делать при родных, они очень негативно к этому относились: муж молчал, а дети ворчали, что это секта. А потом я нашла группу пострадавших от «Радастеи» и еще более утвердилась, что учение Марченко от сатаны. Очень жалко людей, которые больше 20 лет в этом. Знаю с десяток человек, которые туда вкладывают все деньги, недоедая, не одеваясь нормально. Есть женщины, которые действительно пострадали из-за секты: развелись с мужем, не общаются с детьми, одна вообще выбросилась из окна. Мои знакомые, женщины за 60 лет, читают только Марченко, ездят только на «Радасты». Когда-то мы все вместе занимались рэйки, читали Рерихов, Блаватскую. Сейчас они об этом даже не вспоминают. Марченко стоит выше всех, даже Бога, ведь она — «Луч».
Сама я не очень пострадала, только деньги потеряла, ну и память немного ухудшилась, самые обычные слова стала забывать.
«Муж бросил меня беременную, потому что я была против сайентологии»
Сайентология — международное движение, основанное американским писателем-фантастом Роном Хаббардом. Сайентологи считают, что человек является бессмертным духовным существом (тэтаном), которое застряло на Земле в «теле из мяса». У тэтана было множество прошлых жизней, и раньше он жил во внеземных цивилизациях.
Алина, 41 год:
Муж мой дружил с сайентологом несколько лет, но я тогда еще об этом не знала. Видимо, он изредка посещал некоторые сайентологические бизнес-курсы. Муж работал риелтором, а в 2015 году, когда рухнул рубль и взлетели ставки по ипотеке, у него начались трудности с работой. Он прошел «Оксфордский тест», который сайентологи используют при вербовке, и по результатам этого теста они разложили по полочкам все его проблемы.
Начались бесконечные семинары, бизнес-встречи в «Клубе успешных людей» — у сайентологов много подобных организаций, названия постоянно меняются. Я стала искать информацию о сайентологии, узнала, что ряд их материалов внесен в список экстремистских. Узнала про учение, согласно которому все, кому не нравится сайентология, являются «подавляющими личностями» и они виноваты во всех бедах. Я пыталась донести эту информацию до мужа, говорила, что сайентологи прикажут разорвать со мной отношения, так как я против их культа. Но муж меня не слышал. Ему внушили, что проблемы в бизнесе начались из-за меня, и через несколько месяцев он от меня ушел. Я тогда была на пятом месяце долгожданной беременности. Можете себе представить мое состояние! Уходил он очень тяжело, как в дурмане. Надеялся, что с бизнесом все наладится. Я знаю, что он переживал разрыв и следил за мной по соцсетям.
Мужу внушили, что проблемы в бизнесе начались из-за меня, и через несколько месяцев он от меня ушел. На тот момент мы были знакомы 20 лет
Мы на тот момент были знакомы 20 лет, друзья с детства, прожили год вместе. Я думала, что знаю его… Я и в страшном сне себе такого не могла представить. Он не писал, а я — ему. Рожала одна.
Год спустя он вернулся без копейки денег. Просто однажды позвонил и предложил встретиться. Мы месяц общались. Если я затрагивала сайентологию в разговоре, он взрывался. Потом сказал, что мы с ребенком ему нужны — вот и все.
Простить мужа было тяжело. Еще полгода после возвращения в семью он регулярно ходил в секту. Сейчас не ходит, но сайентологом себя все еще считает. К счастью, он у них на плохом счету, ведь живет с «подавляющей личностью», а скрывать это бесконечно невозможно. С ним уже так ласково не разговаривают, как при заполнении «оксфордского теста», деньги просят постоянно, пишут ему, звонят, предлагают перевести на счет, что есть, а остальное потом. Сколько денег он туда угрохал, не знаю, но судя по толстой стопке сертификатов о прохождении курсов — немало. Кстати, сейчас с работой у мужа начало потихоньку налаживаться.
Я не уверена, что останусь с ним, ведь теперь это другой человек. Сайентологи трансформировали его личность. Все доброе, что было в нем, почти утеряно, а эгоизм гипертрофирован. Раньше, когда я расстраивалась и ревела, он тут же смягчался и начинал успокаивать меня, а сейчас могу хоть весь день зареванной ходить — ему без разницы.