Чтобы построить «Газпром Арену», снесли стадион Кирова. Что в нем было особенного?
Объясняет эксперт по архитектуре.
От редакции. В этом красивом блоге мы публикуем большие тексты от внештатных авторов и экспертов о том, как спорт выходит за пределы зрелища. Здесь будут появляться материалы о том, как спорт связан с модой, архитектурой, живописью и не только. Подписывайтесь – а в комментариях пишите, о чем бы вы хотели почитать.
Рекорд посещаемости матчей чемпионатов России/СССР держится уже больше 60 лет. В мае 1959 года игра «Зенита» и «Спартака» собрала 110 тысяч зрителей. Гигантскую толпу людей принял стадион Кирова – арена на Крестовском острове, которую в середине нулевых снесут ради постройки нового стадиона.
Стадион Кирова был особенным не только из-за размеров, но и с точки зрения архитектуры (а если бы удалось реализовать все планы создателя, арена была бы просто уникальной). О стадионе рассказывает Дмитрий Козлов, автор книги «Стадионы Ленинграда 1920-1950-е гг. История и архитектура».
Ленинградский архитектор Александр Никольский возглавил мастерскую проектирования спортсооружений Ленсовета в 1932 году. Ему поручили создание спортивных объектов на Крестовском острове. Стадион планировался в центре (сейчас путь до «Газпром Арены» занимал бы в два раза меньше времени), но Никольский придумал перенести стадион на стрелку и организовать подводящий к нему парк.
Архитектор придумал облик, который современный Крестовский остров сохранил до сих пор. Это настоящий памятник паркового искусства, а стадион был венцом ландшафтной архитектуры. Он мог бы считаться короной Петербурга, если бы не снос.
Парк-магистраль перед ареной создает иллюзию владения землей. Эффект придумали для богатых
В мире немного стадионов с островным расположением – а в Петербурге их сразу два (еще и «Петровский»). Проектная работа стадиона-гиганта на Крестовском острове заняла годы. До и во время войны Никольский сделал десятки альбомов с рисунками сооружений и уголков парка.
Гигантская стройка была обречена на сложности из-за бюрократии. До войны успели насыпать холм и построить павильоны, после войны разбили парк и массово высадили деревья.
Работая над проектом, Никольский проложил магистраль через весь остров. Это прием эпохи барокко, цель – показать бесконечность пространства, создать перспективную иллюзию. Создавался визуальный эффект владения землей, изначально его придумали для богатых, теперь он предлагался рабочему классу.
Посетитель парка попадает в линейное пространство, устремленное вдаль. По пути следования открываются виды, парк насыщен пропагандой новой жизни: театры, эстрады, выставочные павильоны, библиотеки, шезлонги. Они уводят в стороны, но главная магистраль настолько мощная, что ее движение затягивает.
Никольский использовал прием постепенного вовлечения посетителя в спорт. К примеру, на юге сектор развивался от пляжного отдыха к бассейнам для профессионального плавания. На севере отдых на лодках и водный театр соседствовали с Гребным каналом и яхтклубом.
Стадион на холме
Магистраль завершает стадион-холм. Он вписан во всю ширину острова, площадь перед ним – как остановка между магистралью и стадионом. Идея насыпного холма взята из разных источников: это и древнегреческие стадионы, и погребенная архитектура француза Этьена-Луи Булле (пример – проект 500-метрового памятника для Исаака Ньютона), и американские стадионы, где такие приемы были уже в 1910-х.
Холм был самым дешевым способом заглубить поле и организовать трибуны вокруг. Никольский также придумал поднимать грунт со дна залива, углубляя акваторию. Стрелка Крестовского преобразилась – на топком мысу выросла гора.
Павильоны сделали, галерею на крыше – нет
В проекте Никольского холм насыщен архитектурой. Стадион должны были окружить павильоны: служебные, туалетные, для кафе и сувенирных магазинов. Сегодня павильоны расположены по сторонам от главной лестницы. Их стены образуют воронку, которая направляет поток людей вверх. Стадион снесли, а павильоны остались.
Колоннады павильонов создают фасад стадиона. За ними – физкультурные дворы, как место разминки перед состязанием. Это схема древнегреческой гимнастической школы (хотя так павильоны не использовались). Двор связывает с полем подземный тоннель – это тоже отсылка к стадиону в Олимпии (только здесь тоннелей два – специально для командных состязаний).
В итоге павильоны стали единственным реализованным объектом архитектуры на стадионе. Хотя планов было много.
Верхнюю кромку стадиона Никольский хотел засадить деревьями. Позже родилась идея крытой галереи с опорами из парусообразных конструкций – металлических или бетонных.
Планировалось, что у стадиона будет башня. Она должна была стать символом Петербурга
Башня – мечта любого стадиона. Их много было спроектировано в ХХ веке, но построены лишь единицы (например, у Олимпийского стадиона в Берлине). Функционально башня стадиону не нужна, это только символический элемент, который указывает на важный в публичной жизни города объект. Никольский в проекте расставляет башни по всему острову. 16 – при входе, одну у Гребной академии, другую – у яхтклуба.
А самую высокую – на холме стадиона.
Похожая и на ростральные колонны стрелки Васильевского острова и на башню собора Святого Марка в Венеции, венецианскую кампанилу, она должна была стать символом Ленинграда вместо Адмиралтейства. Башню еще не построили, а ее уже повсюду печатали, изображали на портсигарах, и подстаканниках. В 1950-х, уже после смерти Никольского, ее еще рисовали архитекторы его окружения, но шанса построить ее не выпало.
В итоге стадион получился достаточно простой, даже минималистичный. Ему не построили галерею и башню. Его оригинальную красоту и мощь обеспечила природная форма.
Проект Никольского до сих пор актуален
Остров, созданный Никольским, продолжает развиваться именно так, как запланировал архитектор.
Там, где сейчас академия дзюдо «Явара» (Бычий остров на юго-востоке от стадиона), Никольский планировал военный сектор. Клубы и рестораны на южном берегу – там Никольский допускал организацию пляжа. «Сибур Арена», манеж и велотрек были заложены в проекте точно в этих местах. Там, где у Никольского был водный театр и яхтклуб, сейчас планируют построить «Императорский яхт-клуб» и рекреационный кластер. Там, где аттракционы «Веселые горы» – аттракционы «Чудо-остров». Мосты – не все, но построили. Гребной канал закрыли от волн, насыпают острова в заливе – именно так завещал Никольский.
Архитектор все предусмотрел, кроме жилых комплексов. Они окружают парк плотно со всех сторон. Но стадиону ничего не угрожает, теперь он перешел в иную категорию инфраструктуры, стал частью морского фасада наряду с скоростными трассами, висящими над заливом и шпилем небоскреба. У Никольского стадион был символической короной, вырастающей из природы самого парка, был тесно связан с зелеными насаждениями и водой. Сегодня стадион на Крестовском острове стал брутальным мегасооружением.
Автор: Дмитрий Козлов, автор книги «Стадионы Ленинграда 1920-1950-е гг. История и архитектура»
Стадионы Ленинграда — Петербурга
Есть в Санкт-Петербурге Европейский университет. В университете работает издательство, книги которого пользуются спросом у слушателей Института Петербурга. Поэтому мы не могли обойти вниманием очередную издательскую новинку — труд Дмитрия Козлова «СТАДИОНЫ ЛЕНИНГРАДА. 1920-1950-е гг. История и архитектура». «А раз речь идёт о нашем городе, то почему бы не поговорить об объектах непосредственно на самих объектах?» — подумала координатор экскурсий Екатерина. Сказано — сделано!
Первое краткое вступление на тему «как рождаются экскурсии» окончено. Перехожу ко второму под заголовком «как я дошла до жизни такой», тем более, что маршрут стартовал от стадиона «Петровский».
Если для болельщиков старшего поколения знаковым является стадион им. Кирова, то я ностальгирую по «Петровичу». А дело было вот как (прощу прощения за самоцитирование):
Постепенно новые интересы вытесняли старые увлечения. Но не могла не сходить на экскурсию на стадион декабрьским днем 2012! Полюбовалась заснеженным полем, которое обогревалось специальными агрегатами. Посидела на тренерской скамейке в кресле Лучано Спалетти. Послушала рассказ об истории стадиона и клуба «Зенит». Побывала в раздевалке футболистов. «Ответила на вопросы» в микст-зоне и пресс-центре. Прошлась по Галерее славы».
Поговорив об архитектурной истории «Петровского» и вспомнив о канувших в Лету стадионах, перемещаемся к «Динамо».
Первая ассоциация — Блокадный матч.
Специально в сентябре 2017 года ездила к памятнику, читала публикации. И в тот раз совершенно не обратила внимание на бывший ресторан «Грелка».
Там и сейчас есть «едальня», контрастирующая своими классическими интерьерами с конструктивистским экстерьером.
Но куда более интересна музейная комната на втором этаже здания.
В основном тут представлены кубки. Но какое разнообразие!
На наши вопросы отвечали двое мужчин, один из которых оказался олимпийским чемпионом, двукратным чемпионом мира, чемпионом Европы, десятикратным чемпионом СССР по академической гребле Владимиром Николаевичем Ешиным.
Но пора двигаться к завершающей точке нашего маршрута: стадиону им. Кирова.
Да-да: небольшие его фрагменты всё ещё можно увидеть: лестницу,
павильоны,
На старом стадионе успела побывать в 2006 г. во время «прощального матча», когда «Зенит» встретился с Динамо». Новый уже тоже посещала, но вот попасть в подтрибунные помещения можно только с экскурсией.
Что делает газон в перерывах между матчами? Загорает и принимает СПА-процедуры.
Когда спускаешься к кромке, в нос ударяет запах свежей травы.
Посмотрели места тренеров и запасных игроков; через тоннель, по которому команды выходят на поле, прошли в раздевалку.
Простите, но удержаться невозможно:
[Жду шуток про Кокорина ;-)].
С футболистами всё понятно. А что зрители?
Помимо обычных, есть на стадионе и VIP трибуны. Внутри кресла,
А вот как выглядит арена с самого верхнего яруса.
Такая красота внутри. И такое, на мой взгляд, безобразие снаружи… Была уверена, что многочисленные страшенные заборы вокруг — это краткосрочное явление для разграничения потоков на время чемпионата мира. Ну или до окончания благоустройства прилегающей территории. Но они всё стоят и стоят… Надеюсь, что всё-таки исчезнут, ибо они портят весь вид.
Лежать и любоваться закатами.
Вот такой получился у нас спортивно-архитектурный забег из прошлого в настоящее.
Музей лёгкой атлетики Санкт-Петербурга
Поиск по этому блогу
Стадионы Ленинграда. История и архитектура (часть II)
Из книги Дмитрия Козлова. Стадионы Ленинграда. 1920–1950-е гг. История и архитектура.
Это самый загадочный стадион в Ленинграде. Своим названием он отсылает к идеям мировой революции, своим расположением — к производственной культуре, своими формами — к супрематизму Казимира Малевича. Стадион — эксперимент, первенец советского конструктивистского стиля в спортивной архитектуре, он просуществовал меньше десяти лет.
Стадион был построен на территории парка при бывшей даче царского сановника Дурново. В этом здании после смерти Петра Дурново в 1915 году анархисты устроили сквот, а после революции здесь разместились профсоюзы Выборгского района. Дача располагалась рядом с Невой, а парк тянулся до самого Кондратьевского проспекта. Именно профсоюзы были инициаторами строительства стадиона «КСИ», хотя в какой-то момент ответственность за постройку сооружения была передана Металлическому заводу, который в это время бурно развивался.
Свое название стадион «Красный спортивный интернационал» получил от организации, которая была образована в Москве в 1921 году. Годом раньше в Швейцарии возник Люцернский спортивный интернационал (ЛСИ). Их общая цель — борьба за спортивные права рабочих, создание команд и сборных для участия в соревнованиях. Ведь в начале ХХ века спортом занимались в основном аристократы для своего удовольствия, место рабочих — на улице, лишь самым талантливым изредка доставалась роль наемников. Ситуация с ними искажала благородные начала спорта, а интернационалы стремились создать равные условия для всех.
Никольский А., Кашин К., Хидекель Л. Схема стадиона. 1928.
Никольский А., Кашин К., Хидекель Л. План первого этажа клуба и разрез гимнастического зала. 1928.
Несмотря на активные связи, договориться о совместных мероприятиях у интернационалов не получалось. Большевики считали спорт элементом классовой борьбы, в Швейцарии же предпочитали политический нейтралитет рабочих-спортсменов. Единство ЛСИ и КСИ проявилось лишь в том, что обе организации бойкотировали «буржуазные» Олимпийские игры и противопоставляли им свои международные соревнования — Рабочие спортивные олимпиады.
Пробная Олимпиада рабочих была организована ЛСИ и прошла в Праге в 1921 году, затем Первая олимпиада — в 1925 во Франкфурте-на-Майне. Члены КСИ активно участвовали в Рабочих олимпиадах, но в Советской России были уверены в успехе своего особого пути и предложили инновацию — Спартакиаду! Она прошла летом 1928 года в Москве с большим успехом, Красный спортивный интернационал находился на пике могущества. В том же году в Ленинграде был заложен стадион под этим гордым именем. Однако закрепить результат КСИ не удалось — Спартакиад больше не было. В Европе же провели Всемирную олимпиаду рабочих в 1931 году в Вене и последнюю — в Антверпене в 1937. Позже рабочие и аристократы смешались в единую массу, а спортивный интернационал ушел в историю.
«КСИ» — это рабочий стадион: во-первых, он располагался непосредственно рядом с заводом и предназначался для рабочих, во-вторых, его архитектура отразила промышленную эстетику. Как будто город-завод состоял из разных цехов: фабрика-кухня, дом культуры, баня, жилмассив и стадион; все было выполнено в едином стиле — конструктивизме. Рабочий переходил из одного цеха, где работал у станка, в другой, где принимал пищу, затем мылся и т. д. Энергии хватало и на посещение спортивного цеха. Постоянное внимание к технике движений давало возможность довести механику человеческого тела до совершенства, будь то положение рук при работе на токарном станке или ног при ударе по мячу. Функциональная схема не оставляла места эмоциям.
В 1930-е годы механистические концепции приобрели другую форму, стадион все еще был нужен заводу, но только как форма досуга, не тренажера. Пути рабочего-спортсмена и рабочего-зрителя стремительно расходились. И лишь пропаганда продолжала работать на образ спортивной тотальности, когда повсеместно транслировались идеи о пользе физкультуры, о коллективном теле народа, о жертвенности в спорте и труде.
Стадион «КСИ». Фото 1930-х годов (Виртуальный музей «Зенита»).
Рабочие стадионы потерпели неудачу. Это случилось, во-первых, по причине их неэкологичности: воздух на предприятиях не годился для организации игр. Во-вторых, рабочие не слишком хотели заниматься гимнастикой или атлетическими видами спорта, они желали зрелища, любимого вида спорта — футбола, а для него была нужна вместительная арена. В итоге стадионы переместили в отдельные парки.
Такое явление, как рабочие стадионы, должно было наблюдаться в Европе, где рабочее движение было активнее, но этого не произошло. В Ленинграде же было еще только два таких стадиона («Красный путиловец» и стадион у ДК моряков), поэтому можно говорить об этом явлении как о предмете гордости и о его уникальности.
Проект стадиона «КСИ» был создан в мастерской Александра Никольского. В 1920-е годы — это место дерзких архитектурных экспериментов, здесь работали ученики Казимира Малевича. В 1915 году он пишет «Черный квадрат», 10 лет спустя вместе с учениками придумывает супрематическую архитектуру.
Никольский А., Кашин К., Хидекель Л. Проект стадиона «КСИ». Здание клуба. 1928.
Они представляют ее парящей в космическом пространстве, называют эти сооружения «планиты для землянитов» или «архитектоны» [32]. Лазарь Хидекель (1904–1986) — ученик Казимира Малевича, фантазер и философ, который стремится реализовать художественные идеи учителя. Одновременно он сотрудник мастерской и работает над серьезными проектами. Никольский — опытный архитектор — своим авторитетом защищает замыслы молодого Хидекеля.
32. См. Хан-Магомедов С. Супрематизм и архитектура (проблемы формообразования). М., 2007.
Сам стадион «КСИ» решен минималистически. По длинной западной стороне стоит одна трибуна, на противоположной — здание клуба. И все. Поле открыто ветрам и колоннам демонстрантов. Здание клуба — супрематический планит, выдумка Хидекеля. Сооружение белого цвета с черными полосами окон. Это простые геометрические объемы, снаружи и внутри которых как будто полная пустота. Но кроме супрематизма здесь есть более простая символика. На фасаде клуба со стороны поля выделяются три объема разной высоты, которые будто изображают пьедестал почета. В проекте здания клуба на карнизе верхнего объема планировалось разместить скульптуру — юношу с мячом в руках. Так архитектура превращала здание клуба в эмблему спорта. Картину довершала диспетчерская будка с панорамным остеклением, выдвинутая от линии фасада к полю — впервые в советской архитектуре. Клуб имел в плане т-образную форму, еще один корпус, примыкая к нему, связывал здание с заводом. Никольский применяет функциональную планировку: помещения вдоль линии поля — физкультурный зал и технические службы, а перпендикулярно ей — раздевалки, душевые и административный блок.
На противоположной стороне поля — прямая трибуна длиной 100 м из литого железобетона. Это первый случай применения такого материала для трибун в Ленинграде. Их возведение происходит одновременно с возведением аналогичных (железобетонных) трибун главного стадиона страны, московского «Динамо». Железобетон идеально подходил для конструкций, но материал этот был в дефиците, и то, что такие трибуны вообще появились, — заслуга и богатого заказчика, и изобретательных архитекторов.
Никольский А., Кашин К., Хидекель Л. Эскиз скульптуры на здании клуба. 1928.
Фрагмент трибун стадиона «КСИ».
Стадион «Красный Спортинтерн» Ленинград. 1927–1929. Архитекторы А.С. Никольский, Л. М. Хидекель. Трибуны. Конец 1920-х (© Музей архитектуры им. Щусева).
Стадион «КСИ». Здание клуба. Фото 1930-х годов.
Поверху над трибунами проходила терраса, крытая бетонным козырьком, которая также появилась здесь впервые в стране. Общие ряды сидений были рассчитаны на пять тысяч человек, иногда помещалось и десять. По смелости решения конструкции навеса «КСИ» попадают в один ряд со стадионами, построенными в 1920-х в Бордо, Марселе, Амстердаме, Флоренции.
Архитекторы «КСИ» рисуют идеальное атлетическое поле, футбольный газон, беговые дорожки, легкоатлетические сектора — все расположено с оригинальным математическим расчетом. Стадион скорее похож на декорации для съемок фильма об уже наступившем спортивном коммунизме, настолько качественно все было продумано.
«КСИ» был предназначен и для атлетики, и для футбола, подразумевалось, что эти дисциплины равноправны, и в 1920-х так и было: атлеты тренировались наряду с футболистами, однако первые не могли рассчитывать на такую же зрелищность выступлений.
На «КСИ» трибуны имеют не замкнутый, а линейный контур, более того, трибуна всего одна, и это важное отличие от привычных стадионов, которые стремятся окружить поле максимальным количеством мест. Эта форма соответствовала концепции 1920-х годов, где на первое место выдвигалась техника спорта, а не его зрелищность. В 1930-х строительство таких стадионов уже не представить, футбольная арена начнет восхождение к современному стандарту спортивных сооружений.
Самое интересное, что стадион «КСИ» был поглощен Ленинградским металлическим заводом, который с 1930-х по 1970-е увеличил свою территорию вдвое, полностью застроив парк Дурново. Это было исключение, парки в городе старались сохранять, но завод оказался производителем очень важных турбин для электростанций, поэтому пришлось принести жертву. При этом железобетонные трибуны были настолько крепкими, что их не стали сносить, а включили в стену складского здания, где их можно увидеть до сих пор. И в том, что в конце 1930-х на футбольном поле построили цех, есть одновременно и закономерность, и противоречие. Рабочий стадион вернулся к исходному состоянию, состоянию цеха, где, как на стадионе, расходуется энергия в размеренном ритме действия механических тел.