Село богородское воскресенского района нижегородской области история
14 сообщений в этой теме
Недавно просматривали 0 пользователей
Ни один зарегистрированный пользователь не просматривает эту страницу.
Автор: Pioner
Создана 8 Сентября
Автор: Виктор_DV
Создана 26 Декабря 2020
Автор: Филимон
Создана 16 Марта 2020
Автор: Kreator
Создана 4 Апреля 2014
Автор: ВаНо
Создана 25 Января 2017
Автор: Александр-Рыбак
Создана 12 Октября
Село Богородское и Собакин П А
В начале XIX века приход села Коткишева составляли крепостные крестьяне вотчины майора Петра Александровича Собакина[2].
А.И. Давыдов. Cтроительная история Казанской церкви в селе Богородское Воскресенского района Нижегородской области (16.67 Kb)
А.И. Давыдов (НИП «Этнос»)
Ныне существующая каменная церковь во имя Казанской иконы Божией Матери в селе Богородское (первоначально имевшей и второе название – Коткишево) Воскресенского района Нижегородской области (до Октябрьской революции – Макарьевского уезда Нижегородской губернии) заменила собой деревянный храм во имя Иоанна Предтечи, построенный в 1745 году[1].
В начале XIX века приход села Коткишева составляли крепостные крестьяне вотчины майора Петра Александровича Собакина[2]. Само село, расположенное на берегу реки Ветлуги, образовывало вместе с приписанными деревнями достаточно крупный приход: в 1818 году он насчитывал 616 дворов[3]. При этом его настоятели неоднократно (по крайней мере, в первой половине XIX века) назначались смотрителями благочиннического округа.
Согласно клировым ведомостям, строительство каменной церкви в селе началось «тщанием прихожан» в 1816 году[4]. Какого-либо специального дела об этом строительстве в фондах Центрального архива Нижегородской области не обнаружено, как и проектных чертежей[5]. Автор проекта, соответственно, не установлен. Можно лишь предположить, что какое-то отношение к возведению храма имел нижегородский губернский архитектор И.И. Межецкий, занимавший эту должность с 1803 года[6]. В круг его обязанностей входил и надзор за церковным строительством.
Возведение Казанской церкви затянулось на длительный период. Клировые ведомости называют датой окончания постройки 1839 год, а датой освящения главного престола в честь Казанской Божией Матери – 25 сентября 1847 года[7]. За это время село Коткишево (Богородское) стало вотчиной помещиков Левашовых.
Опись церковного имущества, составленная 1 декабря 1846 года, дает еще две даты: в 1827 году преосвященнейшим Афанасием был священнодействован «антиминс на белом атласе» Петропавловского придела, а в 1845 году преосвященнейшим Иоанном – «антиминс на голубом атласе» Предтеченского придела[8]. Это означает, что в 1827 году началось богослужение в приделе, посвященном святым апостолам Петру и Павлу, находившемся с левой (северной) стороны трапезной, а в 1845 году – в правом (южном) приделе в честь Усекновения Главы Иоанна Предтечи. Оба они являлись «теплыми», то есть отапливались[9].
Скорее всего, затянувшееся возведение сельского храма, как обычно, объясняется отсутствием средств у прихожан. Вероятно также, какое-то время их вполне устраивало богослужение в придельной церкви. К тому же, строительство (по крайней мере, на завершающем этапе) велось не очень качественно: деревянный «купол» (крышу) «по причине оказывавшейся течи» пришлось троекратно перекрывать. Как указывалось в прошении об освящении храма «вотчины господ Левашовых и госпожи баронессы Дельвиг» бурмистра Герасима Яковлева и «всего мирского общества», лишь в 1846 году церковь была «вновь прочно перекрыта тщанием нашим и содействием покойного помещика господина Николая Васильевича Левашова пришла к совершенному устроению»[10].
Указанное прошение об освящении Казанской церкви было подано преосвященнейшему Иакову, епископу Нижегородскому и Арзамасскому, 5 августа 1847 года[11]. На день раньше рапорт аналогичного содержания подал епископу настоятель храма (он же благочинный) священник Иоанн Разумов[12].
Первоначально резолюцией владыки действо по освящению было возложено на архимандрита Макарьевского Желтоводского монастыря Варлаама вместе с местным благочинным[13]. Однако 21 августа один из наследников Н.В. Левашова попросил епископа самолично провести освящение храма 25 сентября 1847 года, «потому что меньшой брат мой Николай Левашов, которому по разделу достается село Богородское, будет к тому времени здесь»[14]. При этом владыке были направлены «прогоны» в размере 35 рублей, которые тот, впрочем, вернул благочинному о. Иоанну Разумову[15].
Просьба Левашовых возымела действие – Казанская церковь в селе Богородском была освящена именно епископом Иаковом, и именно 25 сентября 1847 года[16].
По своей архитектуре Казанская церковь представляет характерный образец сельского храма периода позднего классицизма. Тип ее планировочной структуры – «корабль», когда по одной продольной оси «восток – запад» располагаются основной объем храма с алтарной апсидой, трапезная и колокольня. В данном случае основной объем храма («настоящая церковь») – двухсветный, перекрыт деревянным куполом, на котором располагаются пять глав на восьмигранных барабанах. Северный и южный входы были оформлены четырехколонными портиками с треугольными фронтонами. Алтарная апсида – полукруглая. Довольно вытянутая трапеза по высоте соответствует, как и апсида, уровню первого света центрального объема храма. Колокольня – в пять ярусов. В оформлении фасадов использованы пилястры и трехчетвертные колонны дорического (?) ордера, а также другие элементы из арсенала классицизма.
Представление об убранстве Казанской церкви дают упоминавшаяся выше опись церковного имущества, составленная 1 декабря 1846 года[17], и ведомость страховой оценки от 5 июля 1910 года[18].
Церковь снаружи не была оштукатурена, а лишь побелена известью. При этом отдельные места окрашены охрой. Все составляющие храм части были покрыты железом. На 1846 год крыши на основном объеме, алтарной апсиде, колокольне и портиках были выкрашены в зеленый цвет, а на трапезной – в красный. Описание строений на 1910 год говорит о зеленом цвете всех крыш. Первоначально все барабаны под главами («фонари») над основным объемом, обитые железом, были «отбелены», а барабан главы на колокольне выкрашен в красный цвет. Помимо пяти крестов над основным объемом и креста на колокольне, имелось две главы с крестами над приделами в трапезной и одна глава над главным алтарем. Все кресты были «осьмиконечными», деревянными, обитыми белым железом. В средокрестии находились железные или медные распятия. Деревянные главы собственно церкви, колокольни и алтаря были обиты железом. Главы на трапезе на 1846 год были покрыты «деревянною черепицею и выкрашены зеленою краскою». На это же время на колокольне находилось шесть колоколов. В окнах имелись железные решетки.
Внутри настоящей церкви и алтарной апсиды стены были оштукатурены и «покрыты голубою краскою и расписаны иконным писанием». При этом на своде алтаря было «изображено Всевидящее Око, окруженное ангелами на облаках», а на западной стене – «чаша Нового Завета». На стенах основного объема находились изображения «чудес Христовых и его страданий, в простенках верхних окон изображены четыре Московских Святителя, а на угольных заворотах – четыре евангелиста, на восточной стороне сверх иконостаса – два парящих на облаках ангела, на западной – Иисус Христос, молящийся о мимохождении чаши, а вверху в куполе – Господь Саваоф в облаках, окруженный ангелами». Изображения были выполнены маслом. В трапезной стены также были оштукатурены, «снизу до карнизов окрашены вохрою, а под сводом – голубою краскою». Полы во всех частях церкви были деревянными.
Размеры трех иконостасов устанавливаются по страховой описи 1910 года. Главный из них имел высоту 6 саж., длину 5 ; саж., придельные были высотой в 2 ; саж., а длиной в 5 саж. Опись 1846 года указывает на позолоту иконостасной резьбы.
Отапливалась церковь двумя печами-голландками. Их местоположение устанавливается по фиксационному чертежу 1926 года[19]: печи располагались в трапезной у западной стены слева и справа от прохода в колокольню.
Церковный погост был обнесен каменной оградой «с деревянным крашеным частоколом». Внутри нее, в северо-западном углу, находилась каменная караулка.
Сведений о каких-либо перестройках Казанской церкви за время ее существования в архивных документах не обнаружено.
В 1926 году в соответствии с обязательным постановлением Президиума Нижегородского губернского исполнительного комитета № 93 от 11 августа 1924 года были выполнены фиксационные чертежи Казанской церкви, о которых уже упоминалось выше. Составил их техник И. Суханов. Чертежи отличаются схематичностью и фактическими ошибками, особенно в изображении фасада церкви. На них не показаны, в частности, главы над трапезной и алтарем.
В дальнейшем, вероятно в 1930-е годы, богослужение в Казанской церкви было прекращено. До настоящего времени церковь дошла в запущенном состоянии и целым рядом утрат: отсутствует перекрытие трапезной, часть завершений и крестов, от обоих портиков сохранилось лишь несколько колонн и т.д.
Решением Горьковского облисполкома от 18 декабря 1989 года № 471 Казанская церковь в селе Богородское Воскресенского района взята на государственную охрану как памятник истории и культуры местного значения[20]. По ныне действующему законодательству она является объектом культурного наследия (памятником истории и культуры) регионального значения.
В настоящее время нижегородским архитектором В.В. Ковалем начата разработка проекта реставрации памятника.
В селе Богородское Воскресенского р-на Нижегородской обл. есть огромный каменный храм Казанской иконы Божией Матери, построенный в 1817 году в честь пятилетия победы над Наполеоном. В 30-е годы XX века храм закрыли и использовали как склад. С годами он ветшал и разрушался. В 90-е годы его вернули Церкви. Необходимо восстановить здание храма, это даст импульс духовному возрождению здешних мест.
Цель и задачи
Храм Казанской иконы Божией Матери в Богородском — не только духовный центр нижегородского села, но и памятник архитектуры и истории. Строительство храма вел дворянский род Левашовых, находившийся в родстве с другом Пушкина Дельвигом. Его последний настоятель советского времени, прот. Павел Зверев, пострадал в 1937 году как новомученик, был расстрелян. Местные жители близко к сердцу принимают судьбу храма, организуют субботники по его расчистке. На начальном этапе требуется укрепление сводов и возведение крыши над ними. В дальнейшем предполагается полное восстановление храма.
О проекте
В селе Богородское Воскресенского района Нижегородской области, на берегу реки Ветлуги есть старинный храм в честь Казанской иконы Божией Матери. Его строительство началось двести лет назад, в 1817 году, и именно благодаря этому храму село и получило свое имя. До этого оно называлось Коткишево, первые письменные упоминания о нем относятся к 1618 году.
Строить храм начал майор Петр Собакин, владевший тогда Коткишевым, а достраивали его уже новые владельцы — дворянский род Левашовых, находившихся в родстве с другом Пушкина бароном Дельвигом. Строительство полностью завершилось в 1839 году. Огромный храм стал и архитектурной, и духовной доминантой края. Кресты на его куполах, сделанные из укрепленного в металлической оправе цветного стекла, в солнечные дни сияли и были видны на десятки верст.
Но В середине 30-х годов богослужения в Казанском храме прекратились — решением местных властей он был закрыт, приход ликвидирован. Однако его настоятель, пожилой протоиерей Павел Зверев (1867 г.р.) не мог с этим примириться, свой пастырский долг он ставил выше личной безопасности. Отец Павел продолжил вести богослужения в частных домах и на открытом воздухе, перед храмом. Он крестил, исповедовал, отпевал.
Естественно, всё это вызывало ненависть у партийного и колхозного начальства, и долго продолжаться не могло. Осенью 1937 года был состряпан донос, будто бы отец Павел расклеивает контрреволюционные листовки, будто бы он ведет агитацию против колхозов и сталинской Конституции, будто бы дома хранит «троцкистскую литературу».
20 ноября 1937 года батюшку арестовали, 31 декабря приговорили к расстрелу, а 8 января 1938 года расстреляли. И еще, можно сказать, повезло — не тронули семью (у отца Павла было пятеро детей, были внуки).
С тех пор храм стоял заброшенный. Иконы и утварь из него растащили (что-то сохранилось у местных жителей, что-то пропало навсегда). Одно время внутри устроили склад, потом просто закрыли на замок. Шли годы, десятилетия, храм ветшал и разрушался, трескались стены, прохудилась кровля.
В конце 90-х годов здание храма отдали, наконец, Русской Православной Церкви, разорённое и полуразрушенное: деревянные полы полностью сгнили, в пустых оконных проёмах гуляет ветер, а своды трапезы, десятилетиями лишённые крыши, могут обрушиться в любой момент.
В этом небольшом храме регулярно ведется богослужение, вокруг него сейчас сконцентрирована жизнь прихода, но все местные жители глубоко убеждены, что большой Казанский храм все равно должен быть восстановлен.
Однако восстановить его — задача не из простых. Пять лет назад нижегородским архитектором В.В. Ковалем была проведена архитектурная экспертиза нынешнего состояния храма, сделаны обмеры и чертежи, проведены подготовительные работы по проекту реставрации.
Вот как будет выглядеть храм после реставрации (компьютерная модель по обмерным чертежам):
Но чтобы это восстановление вообще состоялось и здание окончательно не разрушилось, уже сейчас нужно произвести ряд неотложных работ: укрепление сводов (бетонирование и укрепляющие леса), возведение временной кровли, закрытие оконных проёмов поликарбонатом. И вот эта задача вполне решаемая — с помощью неравнодушных людей, понимающих, что без возрождения разрушенных храмов не может быть возрождения в народе веры, а без возрождения веры не будет и возрождения России.
Если в течение 60 дней нужная сумма не соберётся, противоаварийные работы будут всё равно начаты (в частности, произведена закупка стройматериалов), а для сбора недостающих средств будет создан новый проект на портале Начинание.
Важный момент: восстановление Казанского храма рассматривается инициаторами, как часть комплексного проекта по развитию села Богородское в качестве значимого культурно-религиозного центра. Восстановленный храм будет не только местом для богослужений, но привлекательным для туристов экскурсионным объектом, стоящим в одном ряду с архитектурным комплексом Троицкой и Зосимо-Савватиевской церквей в с. Троицкое, Владимирской церкви с. Владимирское, усадьбы Левашёвых в д. Галибиха.
С целью объединения и развития всех этих творческих инициатив была создана НКО Ассоциация «Сад музыки», объединяющая священнослужителей, мирян, деятелей культуры. Организация зарегистрирована и преимущественно ведёт свою деятельность на территории Воскресенского района. Руководителем Ассоциации является настоятель Прихода храма Казанской иконы Божией Матери протоиерей Антоний Волков. Совместно с Приходом, Ассоциация «Сад музыки» несколько лет успешно реализует музыкально-просветительский проект, получивший название «Сельская филармония», имеющий целью возродить культурную жизнь в сельской местности, привлечь внимание общественности, чиновников, деятелей культуры к проблемам российской провинции. 
В 2017-
2018 годах проект стал победителем грантовых конкурсов «Православная инициатива» и Конкурса грантов Президента РФ. Кроме собственно реставрационных работ, комплексный проект предусматривает проведение большой просветительской работы, связанной с историческим местом: организацию концертов, выставок, фестивалей, разработку экскурсионных маршрутов и многое другое.
Преображенское, Черкизово, Богородское. 3
» Преображенское, Черкизово, Богородское через призму времени глазами обывателя.»
Книга 2, часть 3. «Богородское».
Название района Богородское происходит от названия села, находившегося в этом месте в конце 17 века, когда здесь была выстроена часовня. До этого село называлось Алымово. Первое упоминание этого села встречается в писцовой книге Московского уезда 1550-1551 годов.
От старого названия села — Алымово, осталось название переулка в современном районе: Алымов переулок.
Но поселение возникло задолго до этого.
В середине XVI в. этими землями владел князь Иван Лыков-Оболенский. Алымово было одной из пяти деревень, записанных за ним в Васильцове стане.
Cудя по описанию 1573—1574 гг., поселение было весьма скромной монастырской деревней в несколько дворов.
Среди крестьян процветал текстильный промысел, в особенности льнопрядение и ткачество по холсту.
При Павле I Богородское было отдано в держание «командору» графу Николаю Зубову, брату последнего фаворита Екатерины II.
Новый этап развития Богородского наступает во второй половине XIX в. Здешние крестьяне одними из первых в Подмосковье расплатились с выкупными платежами (в 1872 г.) за счет выгодных аренд.
Современник отметил, что «вблизи этого сельца принадлежавший крестьянам лес весь почти вырублен, и вся земля, находящаяся под ним, распродана крестьянами разным лицам», «настроено много дач, преимущественно мелких, которых в первой половине нынешнего столетия не существовало». Богородские дачи привлекали дешевизной. В 1880-х годах их считали до 766.
Местное население все более превращалось в фабричных. Предприятия плотным кольцом окружали Богородское уже в середине XIX в. Это были небольшие текстильные, а потом и красильные заведения. Начало крупной индустрии было положено в 1888 г. созданием резиновой мануфактуры, в 1910 г. преобразованной в акционерное общество «Богатырь» (в советское время завод «Красный богатырь»). Предприятие, у истоков которого стоял видный банкир Л.С. Поляков, было широко известно — держателями его акций была императорская семья.
В 1902 г. Богородское, полицейски и хозяйственно давно подчинявшееся Москве, окончательно вошло в черту города.
К 1913 г. была проведена трамвайная линия. Местность сильно застраивалась в южном и восточном направлениях. К 1917 г. его граница проходила по современному бульвару Рокоссовского. Все же главной улицей оставалась Большая Богородская, проложенная на месте сельской дороги. Близ нее в 1880 г. освятили небольшую деревянную церковь Спаса Преображения, выдержанную встиле эклектики.
Богородское кладбище образовано в 1750 году в селе Богородское на левом берегу реки Яуза. На территории кладбища находится деревянная церковь Спаса-Преображения, а в 1907 году была возведена каменная часовня.
Православная часовня-усыпальница Успения Пресвятой Богородицы на Богородском кладбище
построена в неорусском стиле как часовня-надгробие на месте погребения первого настоятеля церкви Спаса Преображения в селе Богородском протоиерея Александра Тихоновича Колычева (1837–1907), прослужившего в храме 16 лет и завещавшего на оставленные им деньги поставить часовню.
Архитектор Николай Петрович Омелюстый.
Богородская часовня по типологии относится к храмовым вооружениям «иже под колоколы», сложившемся еще в XVII веке в древнем Пскове, а затем получившем распространение и в московском зодчестве. По высоте Богородская часовня чуть выше одноэтажного дома с мезонином.
Раньше красоту часовни подчеркивали разноцветные витражи и строгое распятие, на данный момент, к сожалению, утраченные.
В 1938 году часовня была закрыта и разорена.
27 февраля 2000 г. в храме Спаса Преображения, при большом стечении жителей, состоялось вручение главе управы «Богородское» Александру Дмитриевичу Ручкину медали Святого Благоверного князя Даниила Московского – одной из высоких наград Русской Православной Церкви, которой Патриарх Московский и Всея Руси Алексий II удостоил светского руководителя района за помощь в восстановлении часовни на Богородском кладбище.
Бульвар маршала Рокоссовского.
Бульвар маршала Рокоссовског проходит между Открытым шоссе и 1-й Мясниковской ул. Слева к бульвару примыкают Игральная, Глебовская и Детская улицы; справа— 3-й проезд Подбельского; бульвар пересекается 7-м проездом Подбельского и Бойцовой улицей. Нумерация домов ведётся от Открытого шоссе.
В преддверии празднования 70-летия Победы в Великой Отечественной войне, 6 мая 2015 года на бульваре был открыт памятник маршалу Советского Союза Константину Рокоссовскому.
С огромным удовольствием привожу отрывок из сочинения на тему истории Богородского ученика 4 класса. Как хорошо, что и дети тянуться к своим корням, пусть и по заданию учителя, но знать-то будут!
Расположена между Кузнецовской улицей и Лукьяновским проездом.
Изначально улица возникла в селе (позднее посёлке) Богородское, вошедшем в состав Москвы.
Части улицы носили следующие названия: до 1922 года Шаровская улица, по фамилии местного домовладельца; до 1917 года Московская улица, по её направлению к Москве; и Лесной проезд, по расположенному в этой местности лесному массиву Лосиного Острова.
С 17 декабря 1925 года названа в честь Наримана Кербалай Наджаф оглы Нариманова (1871-1925) — председателя Азербайджанского Совнаркома, писателя.
Он автор учебников азербайджанского и русского языка, переводчик «Ревизора» Н. В. Гоголя. Его драма «Невежество» (1894), комедия «Шамданбек» (1895), первая историческая трагедия в азербайджанской литературе «Надиршах» (1899) направлены против феодальных порядков. В реалистическом романе «Бахадур и Сона» (ч. 1-2, 1896), повествующем о трагической любви, осуждаются национальные предрассудки.
В литературно-критических статьях Н. рассматривал проблемы реализма. Автор воспоминаний о В. И. Ленине.
Дом в Баку, где жил Нариманов (ныне — здание Музея искусств Азербайджана.
Бойцовая ул, дом 2/30.
правые — Работня, Сукромка, Чермянка, Лихоборка, Каменка, Горячка, Копытовка, Путяевский ручей, Олений ручей, Рыбинка, Чечёра, Черногрязка;
левые— Ичка, Будайка, Хапиловка, Синичка, Золотой Рожок.
Яуза упоминается в летописи 1156 года как Ауза.Происхождение гидронима связано со славянскими и финно-угорскими языками. В.Н.Топоров сопоставляет название реки с балтийскими названиями.
В Подмосковье очень долгое время проживали балты и славяне, они тесно общались между собой, но в то же время народности сохраняли свой язык. Другими словами, наличие балтийского названия у русской реки объясняется условиями длительного двуязычия в Московской земле.
Латышские названия (балтийская языковая группа) «аuzes», «аuzini» очень созвучны с русским «яуза» и происходят от слова «auzajs», которое переводится как «стебель овса». Стебель этого растения вьется,изгибается и хорошо гнется, что вполне сопоставимо с внешним видом реки. Следовательно, на русский язык Яузу можно перевести как «Извилистая река».
Ввел в своем ведомстве жесточайшую цензуру, приказал не пропускать «ненужные» телеграммы.
1-й проезд Подбельского
Откры;ое шоссе;— шоссе в Москве на территории районов Преображенское, Богородское и Метрогородок. Начинается от пересечения Просторной и Халтуринской улиц и заканчивается в районе пересечения с Вербной улицей, упираясь в Лосиный Остров.
Название дано в 1936 году и отражало расположение шоссе на тогдашней северо-восточной окраине Москвы,по соседству с бывшей Открытой улицей.
Прогулка по старому Богородску
Быстрый рост капиталистической промышленности в России в период после крестьянской реформы 1861 года породил специфический тип поселений — промышленные «города-села», развивающиеся, как правило, на основе кустарно-промысловых сел. В условиях разделения труда и формирования общероссийского рынка шло формирование специализированных промышленных районов. Крупнейшим центром кожевенного производства общероссийского значения, настоящим «экономическим городом» второй половины XIX века было село Богородское Нижегородской губернии — с 1923 года город Богородск Нижегородской области.
Богородское известно с 1570 года как притрактовое поселение на древнем пути, проходившем из Москвы через Муром и Павлово на Нижний Новгород. Вследствие малоземелья рано определился кустарный, а не земледельческий характер села — уже к концу XVIII века все население Богородского (около 5 тысяч жителей) живет, занимаясь почти исключительно промыслами — кожевенным, гончарным, кирпичным, меднолитейным, чему способствовали владельцы села князья Черкасские, а затем графы Шереметевы. Но особенно бурно закипела здесь жизнь после отмены крепостного права — появились новые кожевенные заводы, резко возросли объемы переработки кож. Производственный «бум» во время Первой мировой войны превратил Богородское в крупнейший населенный пункт губернии (численность населения превысила 25 тысяч человек), а также важный промышленный узел — центр Богородского кожевенного района. Такой стремительный рост отразился и на внешнем облике села, в своей центральной части имеющем характер города.
Планировочная структура Богородского носила ярко выраженный линейный характер: вдоль основной оси — участка древнего тракта, которому село обязано своим возникновением, сложилась сетка сильно вытянутых кварталов, образованных пересечением продольных и поперечных улиц, наложенная на плоский, равнинный рельеф местности. В связи с этим особенно важную роль играли высотные доминанты, которыми по традиции являлись церкви и собор — пространственные ориентиры в массе однородной и компактной застройки.
Неоднократно отмечалось своеобразие природных условий Богородска — болотистая низменность, где он находится, изобилует родниками, ручьями и небольшими речками, на основе которых здесь более 300 лет назад была создана система больших и малых прудов, играющих роль композиционных центров планировки и необходимых для процесса обработки кож.
Историческое ядро Богородска, его «сердце» — это территория вокруг Кабацкого озера.
(Кабацкое озеро, место, от которого начинается история села Богородского, геометрический, планировочный и смысловой центр поселения)
Отсюда, от церкви Рождества Богородицы, давшей название всему селу, начиналась его история. Деревянная церковь в конце XVIII века была заменена величественным каменным пятиглавым собором с увенчанной высоким шпилем многоярусной колокольней, а вокруг озера, следуя изгибу береговой линии, сформировалась одна из красивейших улиц — Болотная (ныне Брагина), внося элемент живописности в регулярную структуру села.
(Улица Брагина (бывшая Болотная). Полукругом огибает Кабацкое озеро; фасады домов обращены к водному пространству)
(Улица Брагина (бывшая Болотная). Улица сохранила цельный фрагмент застройки конца XIX в., сформированный рядом усадебных комплексов, выполненных из лицевого красного кирпича)
Однорядная застройка улицы образована усадебными комплексами зажиточных богородчан. Этот уголок не утратил своего своеобразия и является настоящим музеем под открытым небом. Фасады домов ориентированы в сторону озера, а уличное пространство раскрыто на водную гладь. Улица и сейчас сохраняет композиционную цельность благодаря ритмическому повторению характерных элементов городских усадеб — главных домов и флигелей, объединенных вдоль улицы полуциркульными арками ворот. Большинство зданий здесь относится к концу XIX века и выполнено в «кирпичном стиле». Привлекает тонкая проработка деталей — карнизов, горизонтальных поясков, наличников окон. Единство материала, равнозначность двухэтажных объемов домов, общность образного решения придают улице однородность, но при этом каждая усадьба имеет свои характерные особенности — профилированная кирпичная арка ворот в усадьбе Рощина (ул. Брагина, 9, 10),
(Усадьба Рощина, конец XIX в. (ул. Брагина, 9, 10). Уличный фронт усадьбы сформирован главным домом и флигелем, объединенными кирпичной аркой ворот. Объект культурного наследия регионального значения)
(Фрагмент главного дома. Усадьба Рощина, конец XIX в. (ул. Брагина, 9, 10). Привлекает высокое мастерство кирпичной кладки, в особенности, оригинальный мотив в виде объемной пирамидки на угловой пилястре)
изящные белые лепные детали наличников и витые колонки аттика килевидной формы в усадьбе А. Хохловой (ул. Брагина, 13, 14)
(Усадьба А. Хохловой, конец XIX в. (ул. Брагина, 13, 14). Фасад главного дома из красного кирпича украшен белыми лепными деталями тонкой линейной прорисовки и увенчан нарядным фигурным аттиком. Объект культурного наследия регионального значения)
или барочный аттик и угловые надкарнизные столбики-тумбы в доме Н. Хохловой (ул. Брагина, 16).
Усадебный тип жилья получил в Богородском большое распространение. Традиционная компоновка вдоль красной линии улицы главного дома и более скромного по размерам и декору флигеля, соединенных аркой ворот была не только функциональна, но и способствовала созданию репрезентативного образа богатого дома, как, например, усадьба Солодовниковых (ул. Свердлова, 33) или усадьба А. Солодовникова (ул. Серп и Молот, 16, 18).
(Усадьба А. Солодовникова, 1894 г. (Ул. Серп и Молот, 16, 18). Объект культурного наследия регионального значения. В составе этой усадьбы выделяется трехэтажный производственный флигель (на первом плане). Производственные постройки имелись практически во всех усадьбах села)
Обращает на себя внимание большая доля кирпичных домов в застройке второй половины XIX века, что говорит об экономическом благополучии села и придает его улицам городской характер; при этом не сохранилось не одного оштукатуренного здания этого периода. Наибольшее распространение здесь получил «кирпичный стиль» — рационалистическая разновидность эклектики. Постройки этой стилистической направленности в Богородске отличаются монументальностью, цельностью и некоторой строгостью облика, сдержанной пластикой фасадов. Входная часть часто акцентируется ажурным кованным навесом, как, например, в здании конторы кожевенного завода А. В. Александрова (ул. Данилова, 36).
(Контора кожевенного завода А. В. Александрова, конец XIX в. (ул. Данилова, 36). Это предприятие было одним из самых крупных и технически оснащенных в Богородском. Напротив здания конторы сохранился крупный производственный корпус завода (ул. Данилова, 27))
(Навес входа. Контора кожевенного завода А. В. Александрова, конец XIX в. (ул. Данилова, 36). Навес, украшенный затейливым кованным кружевом, является акцентным элементом главного фасада, решенного простыми, лаконичными средствами)
Характерной особенностью размещения производственных предприятий в структуре села было их включение в общую ткань застройки. Вместе с домами владельцев они составляли единые многофункциональные усадебно-производственные комплексы. На улицу, как правило, выходили жилой дом и контора, двухэтажные производственные и одноэтажные складские строения размещались в глубине участка. Такую структуру имели заводы Ф. А. Желтова (ул. Свердлова, 63), И. В. Хохлова (ул. Ленина, 93, 95).
(Дом И. В. Хохлова, начало ХХ в. (ул. Ленина, 93). Был частью крупного усадебно-производственного комплекса И. В. Хохлова. Отличается прекрасной резьбой, украшающей наличники, фриз, пилястры)
(Дом И. В. Хохлова, начало ХХ в. (ул. Ленина, 95). Одно из немногих крупных каменно-деревянных зданий села начала ХХ в. Примененные здесь мотивы деревянной резьбы характерны для богородской архитектуры)
Главная улица Богородского — ул. Александровская (ныне Ленина). Во второй половине XIX века центральная её часть с Базарной площадью к северу от Кабацкого озера представляет собой парадный фасад села.
(Улица Ленина (бывшая Большая или Александровская). Главная ось поселения, представляющая собой, по существу, фрагмент Старомосковского тракта. В конце XIX в. здесь располагался общественно-торговый центр села)
(Улица Ленина (бывшая Большая или Александровская). Фрагмент сплошной застройки между бывшей Базарной площадью и местом расположения Воскресенской церкви и часовни. На первом плане — доходный дом Ф. И. Обжорина (ул. Ленина, 222))
Значимость места подчеркнута строительством в 1802 году шатровой Воскресенской церкви, позднее — крупной часовни, а также устройством памятника царю Александру II. Застройка улицы представляет собой типичный пример решения уличного пространства периода эклектики. Единство ансамбля достигается за счет равномерного распределения акцентов вдоль улицы, равнозначности объемов зданий, применения единого модуля, которым является размер оконного проема. Фасады зданий имеют плоскостную трактовку и рассчитаны на восприятие лишь при движении вдоль улицы. Боковой фасад получает отделку лишь в том случае, если дом занимает угловое положение (дом купца Башкирова, ул. Ленина, 177).
(Дом купца Башкирова, конец XIX в. (ул. Ленина, 177). Характерный пример местной трактовки «кирпичного стиля» с выразительными архитектурными деталями из фигурного и профилированного кирпича)
Кроме того, намечается тенденция к уплотнению застройки главной улицы — дома Е. И. Головастиковой (ул. Ленина, 220) и Ф. Обжорина (ул. Ленина, 222) стоят вплотную друг к другу, жилой дом (ул. Ленина, 201) имеет по центру проездную арку.
Прекрасным образцом жилого дома с торговым помещением в первом этаже является дом В. В. Головастикова (ул. Ленина, 185), построенный в начале ХХ века.
(Дом В. В. Головастикова, начало ХХ в. (ул. Ленина, 185). Выполнен в духе «историзирующего» модерна с использованием неоготических мотивов. Своеобразная «визитная карточка» Богородска. Объект культурного наследия регионального значения)
(Фрагмент фасада. Дом В. В. Головастикова, начало ХХ в. (ул. Ленина, 185). Ризалиты главного и бокового фасадов имеют завершения в виде фигурных щипцов, украшенных «свисающими» прямоугольными фестонами)
(Фрагмент фасада. Дом Е. И. Головастиковой, конец XIX в. (ул. Ленина, 220). Украшение фасадов зданий аттиками различной формы со слуховыми окнами было характерной приметой богородской архитектуры второй половины XIX — начала XX в.)
Здание выполнено из красного кирпича с белыми штукатурными деталями. Симметрия главного фасада подчеркнута двумя одинаковыми ризалитами со ступенчатыми завершениями сложных очертаний, украшенными декоративными «свисающими» элементами. Рационализм обнаженной кирпичной кладки сочетается здесь с формами романтизированной неоготической ветви стиля модерн. Здание отличается стройностью пропорций, хорошей прорисовкой деталей, ярким, запоминающимся обликом — неслучайно жители Богородска считают его «визитной карточкой» своего города.
Судьба архитектурного наследия Богородска в советское время печальна, как и в большинстве малых городов — сохранив историческую планировочную структуру, он утратил все культовые сооружения — композиционные и высотные доминанты застройки, что привело к полному нивелированию силуэта города. В силу равнинного характера местности эти потери особенно ощутимы. Разрушенные собор Рождества Богородицы и Воскресенская церковь являлись центральными элементами главных архитектурных ансамблей села, ту же роль играла церковь Всех Святых на старинном сельском кладбище. Успенская церковь «в мавританском стиле», древность и архитектурные достоинства которой отмечал ещё А. П. Мельников в книге «Нижегородская старина», в настоящее время обезображена до неузнаваемости размещенными в ней цехами хлебозавода. Центральная площадь, частично застроенная диссонирующими современными зданиями, не имеет единого архитектурного ансамбля и представляет собой огромную лакуну в окружающей исторической застройке. Это ярчайший пример, когда нарушение преемственности в развитии влечет за собой утрату единства и целостности историко-архитектурной среды, что крайне негативно сказывается на восприятии облика города. При взгляде на современный Богородск невольно возникает ощущение, что видишь разрозненные частицы некогда единого и гармоничного целого. Поэтому и красота его неброская, её начинаешь чувствовать постепенно — в изгибе улицы, в глади озера, в строгом облике купеческих усадеб и старых кожевенных заводов. Ведь город пока ещё сохраняет отдельные фрагменты застройки второй половины XIX — начала XX столетий, среди них — ряд памятников регионального значения и объекты ценной среды. Многие из них нуждаются в реконструкции, в освобождении от современных пристроек, искажающих исторический облик памятников. Представляется необходимым рассмотрение возможности восстановления утраченных храмов (это предусмотрено проектом детальной планировки города), а также изучение, охрана и широкая популяризация историко-культурного наследия в целом. Первые шаги на этом пути уже сделаны. Город обрел новую высотную доминанту — недалеко от Успенской церкви на основе здания бывшего ремесленного училища построена церковь Покрова Богородицы. Перед ней разбит красивый сквер с памятником погибшим в Афганистане и Чечне.
(Площадь, разбитая в начале XXI в. перед зданием Покровской церкви, построенной в 1990-х гг. на основе здания бывшего реального училища. В центре — памятник погибшим в локальных конфликтах последней четверти ХХ в.)
На улице Ленина появилось несколько новых зданий, грамотно и тактично вписанных в историческую среду. В последние годы ощутимо изменилось отношение жителей к культурному наследию, формирующему исторический центр. Главный архитектор города В. Н. Кабатова стремится улучшить самобытный облик старого Богородска и сохранить памятники архитектуры. Все это добрые знаки того, что ценность исторического центра Богородска осознана, а значит — будет восстановлена.