родство по истории перевезенцев

Книга: С. В. Перевезенцев «Родство по истории»

Серия: «РИСИ Российский институт стратегических исследований»

В новой книге известного русского историка, философа, писателя и публициста С. В. Перевезенцева собраны исторические, историософские и историко-политические статьи, очерки и беседы, посвященные важнейшим проблемам русского национального самосознания. Обращаясь к различным эпохам отечественной истории, анализируя идеи и деяния соотечественников, автор книги подчеркивает актуальность многовекового исторического опыта России и для нашего сложнейшего времени. Проведенные автором исследования доказывают, что Россия как самостоятельная цивилизация, как независимая держава может благодатно существовать только в том случае, если будет опираться насобственный исторический и духовный опыт, собственные традиции и идеалы.

Издательство: «ФИВ» (2015)

Формат: 60×90/16, 456 стр.

Другие книги автора:

См. также в других словарях:

Родство по пище — Родство по пище один из видов искусственного родства, характерный для народов, находящихся на стадии первобытности, доклассового общества. Считается более архаичным родством по сравнению с родством по крови. В новое время выявлен… … Википедия

Родство языковое — Родство языковое общее свойство двух или нескольких языков, заключающееся в том, что их исконные минимальные значимые элементы (корневые морфемы и аффиксы) находятся в строго определённых соответствиях, отражающих регулярный характер звуковых… … Лингвистический энциклопедический словарь

Родство — (в гражд. праве) есть отношение одного из членов рода к другому члену того же рода, причем род определяется как совокупность лиц мужского и женского пола, связанных кровной связью и происходящих от одного общего родоначальника (ср. ст. 196, т. Х … Энциклопедический словарь Ф.А. Брокгауза и И.А. Ефрона

Родство тональностей — близость тональностей, определяемая количеством и значимостью общих им элементов (звуков, интервалов, аккордов). Тональная система эволюционирует, поэтому состав элементов тональности (звукоступенный, интервальный, аккордовый,… … Музыкальная энциклопедия

Россия. История: Источники русской истории и русская историография — Основным источником русской истории от древнейших времен до середины XVI столетия (а в отдельных случаях и дальше) служат летописи. Несмотря на почти двухсотлетнее пользование летописями, этот наиболее эксплуатированный источник русской истории… … Энциклопедический словарь Ф.А. Брокгауза и И.А. Ефрона

«К ВОПРОСУ О РОЛИ ЛИЧНОСТИ В ИСТОРИИ» — работа Г. В. Плеханова. В первые опубликована в журн. «Науч. обозрение» (1898, № а 4) под нсевд. А. Кирсанов; включена Плехановым в сб. «За 20 лет» (1905). Статья непосредственно направлена против идеа листич. субъективизма рус.… … Философская энциклопедия

ЮГОСЛАВИИ ЛИТЕРАТУРЫ — ЮГОСЛАВИИ ЛИТЕРАТУРЫ, литературы народов, входящих в состав Югославии (см. Македонская литература, Сербская литература, Словенская литература, Хорватская литература … Литературный энциклопедический словарь

Семья — I. Семья и род вообще. II. Эволюция семьи: a) Семья зоологическая; b) Доисторическая семья; c) Основания материнского права и патриархального права; d) Патриархальная семья; e) Индивидуал., или моногамическая, семья. III. Семья и род у древних… … Энциклопедический словарь Ф.А. Брокгауза и И.А. Ефрона

БРАК — общественный, и в частности правовой, институт, заключающийся в продолжительном союзе лиц муж. и жен. пола, составляющем основу семьи. История человечества знает разные формы Б.: моногамный (Б. одного мужа и одной жены), полигамный (многоженство) … Православная энциклопедия

Источник

Родство по истории перевезенцев

От национального самосознания зависит будущее народа, само его существование. Об этом мы беседуем с доктором исторических наук, профессором факультета политологии МГУ имени М. В. Ломоносова, секретарём правления Союза писателей России Сергеем ПЕРЕВЕЗЕНЦЕВЫМ.

– Сергей Вячеславович, лет десять назад была популярна «острота» о непредсказуемости нашего прошлого. Насколько актуально переосмысление исторических событий, явлений, эпох сейчас? И нужно ли нам это?

– Вот уже больше четверти века у нас продолжается самая широкая общественная дискуссия об истории. И хотя периодически раздаются возгласы и призывы: «Да хватит об этом говорить!», «Сколько можно перемалывать одно и то же!», «Давайте рассматривать современные сюжеты, смотреть в будущее!», – споры об истории всё равно продолжаются. И уже видна вполне определённая закономерность: без обретения некоторого единства в решении исторических вопросов мы не сможем обрести единства в решении вопросов современности и самое главное – в вопросах о нашем будущем.

Я давно задался вопросом: почему все споры об экономике, актуальной политике, да о любых проблемах современности, включая сугубо бытовые, переключаются на историю, и всё это бесконечно идёт по кругу? И пришёл к выводу, что это неизбежно, ибо единое историческое сознание – это неотъемлемая и важнейшая часть нашего национального сознания вообще, более того, это одна из кардинальных основ существования нашего народа (наряду с языком, единой территорией, единой культурой, единым государством и т.д.).

– Связано это со спецификой исторического развития нашего народа, нашего государства, нашей земли.

– Дело в том, что у славянских народов ещё в очень древние времена, основой социума стала территориальная или соседская община, в то время как у большинства других племён и народов господствовала кровнородственная община. И впоследствии вся история славянских народов основывалась на принципах территориальной общины, члены которой были связаны не столько кровным родством, сколько общей хозяйственной жизнью, общей территорией, духовными и культурными предпочтениями.

Более того, в такой общине вполне по-соседски уживались выходцы не только из разных племён, но даже выходцы из разных народов, т.е. этнически отдалённые друг от друга. Ведь известно, что славяне с древности совершенно спокойно принимали в свои общины людей иного этнического происхождения, иной веры, иных обычаев. И, кстати говоря, наверное, в том числе и этой особенностью объясняются феноменальные способности славян ассимилировать другие народы.

– Возможно, это стало залогом нашей выживаемости…

– Да, но подобные исторические феномены обернулись тем, что практически у всех славянских народов отсутствует память о дальнем кровном родстве! Обычно мы помним своих родственников максимум до 4–5 колена, а дальше… или тишина, или надо проводить специальные изыскания.

В то же время спросите любого выходца из какого-то кавказского народа, из бывших степных народов, к примеру, бурята, калмыка или якута – и вы узнаете самые красочные истории о далёких предках, включая прародителей, потому что память о них трепетно хранят семейные и родовые предания.

А, к примеру, в скандинавских сагах перечислены имена предков из 30–40 предшествующих поколений. У русской же элиты, бояр и дворян, первые родословные появились только во второй половине XVI века, да и то чаще всего были выдуманными, особенно в тех частях, которые касались происхождения родов. Тогда, к примеру, было модным придумывать себе иноземных прародителей: с одной стороны, вроде бы почётно вести свой род от какого-нибудь знатного иностранца, а, с другой стороны, пойди, докажи, что это не так, ведь в Московской Руси практически ничего не знали о генеалогических связях Западной Европы.

Самый, кстати говоря, яркий пример такой придуманной генеалогии – родословная Романовых, начало которой возводили к мифическим предкам, выехавшим на Русь «из Пруссии» в начале XIV века. Подобные истории случались и позднее, причём на вполне официальном уровне. Так, в начале XVIII века, по заданию Петра I была придумана мифическая родословная его любимца Александра Даниловича Меншикова, который, благодаря этой выдумке, получил титул светлейшего князя Священной Римской империи. Основное же русское население, крестьяне, даже фамилии получили только в XVIII–XIX вв. в ходе ревизских переписей, а так каждое новое поколение прозывалось или по имени деда, или по профессии какого-то недавнего предка, или по его кличке. Откуда среди русских столь много Ивановых, Кузнецовых да Зайцевых.

– На чем же тогда, по-вашему, основывается наше единство?

– Вместо «крови» объединяющими началами нашего народа стали образ единой Русской Земли, единый язык, единая вера, общая культура, общее государство и… общая историческая память. И в этом случае общая историческая память – это чувство (осознанное или неосознанное) единства исторической судьбы народа, причастности твоей отдельной, частной судьбы к чему-то большому, значимому, великому.

Общая историческая память – это и целый комплекс важнейших исторических событий, единая оценка которых отточена веками общей исторической судьбы, а признание этой оценки и обозначает, собственно говоря, твою принадлежность к народу. Наконец, общая историческая память – это вполне реальное ощущение причастности современных поколений к исторической судьбе своего народа, понимание ими собственной исторической и нравственной ответственности за свою землю и свой народ перед прошлыми и будущими поколениями. Вот и получается, что одним из кардинальных качеств русского национального сознания является не «родство по крови», а «родство по истории». И до тех пор, пока «родство по истории» существует, будет существовать и наш народ

Поэтому-то мы столь нелицеприятно, до ярости и хрипоты спорим об истории. Повторюсь: от наших ответов на исторические вопросы зависит не только современное положение, но и будущее нашего народа, более того, само существование нашего народа. Так что для нас это очень важно – найти единство в оценке истории, в оценке самых острых и трудных исторических проблем.

– Это вообще возможно – в условиях перманентной «непредсказуемости истории»?

– Как в подобных условиях могла родиться общепринятая точка зрения?

– Судя по всему, рождению первого русского единого представления об истории мы обязаны, прежде всего, князьям Владимиру Всеволодовичу Мономаху и его сыну Мстиславу Владимировичу Великому. Это были два последних князя, боровшихся за общерусское единство, и последние правители единого Древнерусского государства. Именно в годы их правления, и, возможно, по их заданию, в первой четверти XII вв. русские книжники-летописцы в Киеве свели различные исторические представления, легенды и предания славянских и неславянских народов в единый текст «Повести временных лет» и тем самым создали первую единую интерпретацию отечественной истории. Тогда, во-первых, впервые были определены специфические черты Русской земли, во-вторых, отечественная история была впервые «вписана» во всемирную и, прежде всего, христианскую историю, было определено место Русской земли в христианском мире.

Наконец, именно тогда были проанализированы и сведены в единую последовательную цепь событий разные версии возникновения Древнерусского государства и разные версии происхождения русского княжеского рода. Какие-то боковые варианты генеалогии киевских князей были отброшены (например, фигуры Аскольда, Дира и Олега, которых стали именовать не князьями, а «боярами» и «воеводами»). Зато выделялась главная фигура – общим предком всех русских князей объявлялся Рюрик. И это притом, что до конца XI века в Киеве никто ничего не знал ни о каком Рюрике, а летописцам пришлось искусственно связывать между собой узами родства Рюрика и Игоря, отстоящего от своего, якобы, «отца», минимум на два поколения! Но довольно быстро предложенная авторами «Повести временных лет» интерпретация отечественной истории стала общепризнанной. И чуть позже именно эта интерпретация русской истории наряду с единой верой помогла нашим предкам выстоять в трагическую годину ордынского владычества и сохранить сначала призрачную, а в дальнейшем всё более реалистичную надежду на возрождение русского единства, в том числе и единства государственного.

– Но это предания старины ну очень глубокой…

Результатом этого поиска стало появление ряда важнейших для русской истории духовно-политических комплексов и образов («Третий Рим», «Новый Израиль», «Новый Иерусалим», «Святая Русь»), в которых нашли своё выражение все смысловые и целевые установки исторического бытия России и русского народа на земле. А в русской книжной традиции появились важнейшие, основополагающие исторические сочинения: «Сказание о князьях Владимирских», «Лицевой летописный свод», «Никоновская летопись», «Степенная книга царского родословия» и множество других значительных произведений, на основе которых потом вырастало Русское царство, а затем росла Российская империя.

Причём Романовы, став царствующей фамилией в XVII веке и не имея прямого кровного родства с Рюриковичами, тем не менее, провели целую идеологическую комбинацию, чтобы обосновать своё родство с предшествующей династией, а значит, перенести на себя все те сакральные, символические и легендарные представления, которые в русском сознании были связаны с царствующим от века родом Рюриковичей.

– Однако сто лет назад эти легенды потеряли всякое значение…

– На самом деле, разрушение легенды началось намного раньше, уже в XVIII столетии. Тогда, в ответ на многообразные преобразования русской жизни, возникает очередная, третья интерпретация русской истории, которая окончательно сложилась в XIX веке. Появление новой интерпретации было неизбежным: смысловые и целевые установки бытия России необходимо было понять с точки зрения нового миропонимания, основанного не на традиционных религиозных, а на рациональных началах. Поэтому существовавшие до той поры религиозные духовно-политические концепты отечественной истории были отброшены, а в понимании истории постепенно утверждается так называемый «научный подход», т.е. рациональный, критический взгляд на прошлое.

Начало этому положил первый русский историк В. Н. Татищев, а продолжилось дело в трудах Н. М. Карамзина, М. П. Погодина, С. М. Соловьёва, В. О. Ключевского, С. Ф. Платонова и других теперь уже профессиональных историков. Однако обращу внимание на одну важную особенность этой условной «третьей» интерпретации: в ней не было никакого единства, ибо всякий историк выстраивал или собственную концепцию истории России, или же примыкал к уже существующей, развивал и дополнял её. Таким образом, в этот период появляется сразу же несколько интерпретаций отечественной истории, объединённых только одним – все они строились на рационалистических, научно-критических началах.

– Потом снова была «перелицовка»…

– После революции 1917 года и установления советской власти создаётся ещё одна, уже четвёртая интерпретация отечественной истории – «марксистская». Эта интерпретация основывается всё на тех же рационалистических началах, но доводит их до крайности, а в некоторых случаях и до абсурда, как, к примеру, в первые годы советской власти, когда история России вообще отрицалась, а главной задачей была подготовка населения к мировой революции.

Только в середине 30-х годов, как только большевистское руководство отказывается от идеи мировой революции и сосредотачивает силы на собственной стране, появляется госзаказ на разработку концепции отечественной истории, но основанной на марксистском миропонимании. Постепенно такая концепция была разработана, и массовому общественному сознанию была предложена вполне внятная конструкция под названием «история СССР» (хотя советские историки постоянно продолжали дискутировать по множеству исторических проблем). Правда, конструкция эта была во многом искусственная, обрезанная и оборванная с разных сторон в угоду господствующей идеологии. Впрочем, как и всегда ранее, как и везде, в любой стране, у любого народа. Другой вопрос, что в СССР иные трактовки истории, кроме марксистской, были запрещены и даже преследовались. Иначе говоря, вновь «сверху» была установлена гегемония одной из возможных интерпретаций истории.

И вот теперь мы стоим перед необходимостью разработки очередной, получается, пятой по счёту, общепринятой и общепризнанной интерпретации отечественной истории. И пока не выработаем хотя бы основные её контуры, более или менее всеми признаваемые, будем спорить. Ведь, как вы уже поняли, борьба за историю – это на самом деле борьба за будущее. При этом надо понимать, что, даже в том случае, если мы сумеем создать, разработать новую общепринятую интерпретацию истории России, дискуссии в научном сообществе историков будут продолжаться, однако, надеюсь, намного менее драматичными станут именно общественные споры. Впрочем, когда мы сможем договориться, как это произойдёт и произойдёт ли вообще, даже предполагать не берусь.

Источник

Книга: С. В. Перевезенцев «Родство по истории»

Издательство: «ФИВ» (2015)

Другие книги автора:

См. также в других словарях:

Источник

Родство по истории

Описание книги

В новой книге известного русского историка, философа, писателя и публициста С.В.Перевезенцева собраны исторические, историософские и историко-политические статьи, очерки и беседы, посвященные важнейшим проблемам русского национального самосознания. Обращаясь к различным эпохам отечественной истории, анализируя идеи и деяния соотечественников, автор книги подчеркивает актуальность многовекового исторического опыта России и для нашего сложнейшего времени. Проведенные автором исследования доказывают, что Россия как самостоятельная цивилизация, как независимая держава может благодатно существовать только в том случае, если будет опираться на собственный исторический и духовный опыт, собственные традиции и идеалы. Книга «Родство по истории» автора Сергей Перевезенцев оценена посетителями КнигоГид, и её читательский рейтинг составил 0.00 из 10.
Для бесплатного просмотра предоставляются: аннотация, публикация, отзывы, а также файлы для скачивания.

Источник

Историк и писатель Сергей Перевезенцев: «Нас объединит родство по истории». Часть I.

29-05-2012, 14:47 | Политика / Статьи о политике | разместил: virginiya100 | комментариев: (0) | просмотров: (2 036)

Илья Глазунов. Вечная Россия (фрагмент).

Юбилеи, подобные 200–летию победы в Отечественной войне или 1150–летию зарождения государственности дают поводы к осмыслению истории. От национального самосознания зависит будущее народа, само его существование. Об этом мы беседуем с доктором исторических наук, профессором факультета политологии МГУ имени М. В. Ломоносова, секретарём правления Союза писателей России Сергеем ПЕРЕВЕЗЕНЦЕВЫМ.

Сергей Перевезенцев. Фото Алексея Исаева.

– Вот уже больше четверти века у нас продолжается самая широкая общественная дискуссия об истории. И хотя периодически раздаются возгласы и призывы: «Да хватит об этом говорить!», «Сколько можно перемалывать одно и то же!», «Давайте рассматривать современные сюжеты, смотреть в будущее!», – споры об истории всё равно продолжаются. И уже видна вполне определенная закономерность: без обретения некоторого единства в решении исторических вопросов мы не сможем обрести единства в решении вопросов современности и самое главное – в вопросах о нашем будущем.

– Связано это со спецификой исторического развития нашего народа, нашего государства, нашей земли.

– Возможно, это стало залогом нашей выживаемости…

– На чем же тогда, по-вашему, основывается наше единство?

– Это вообще возможно – в условиях перманентной «непредсказуемости истории»?

Виктор Васнецов. Варяги.

– Как в подобных условиях могла родиться общепринятая точка зрения?

Алексей Кившенко. Владимир Мономах на совете князей.

– Но это предания старины ну очень глубокой…

Павел Рыженко. Невская битва.

– Однако сто лет назад эти легенды потеряли всякое значение…

– Потом снова была «перелицовка»…

Валерий Балабанов. Полёт Троицы.

Источник

Читайте также: бюджетные бани под ключ