Как появилась первая печатная машинка

(В.Гюго, «Собор парижской Богоматери»)

КАК ВСЕ НАЧИНАЛОСЬ

Как известно, первые книги переписывались вручную. Работа эта была долгой, кропотливой и, в конечном счёте, позволить себе книги могли только очень богатые люди или монастыри, в которых обычно и занимались копированием рукописей. Разумеется, пытливый человеческий ум искал способы сделать эту работу быстрее. Например, иногда текст вырезали на досках, которые смазывали краской и, наложив сверху лист бумаги, тёрли его мягкой щёткой. Называлось это ксилографией и, хотя большого распространения эта технология не получила, от неё оставался один шаг до «настоящей» полиграфии, т. е. до наборного шрифта из отдельных букв.

Европейцы долго запрягали, зато, благодаря алфавитной системе письма, поехали очень быстро. Собственно, сама идея – сделать выпуклые буковки, собрать текст, намазать их краской и прижать к ним лист бумаги – лежала на поверхности. Почему же столько веков европейцы упорно переписывали книги от руки? Потому что, как это часто бывает, этот способ прост и лёгок только на первый взгляд – скоро-то, как известно, сказки сказываются, а вот дело… На изобретение книгопечатания с помощью наборного шрифта, помимо Гутенберга, были и другие претенденты (в Голландии, Италии), но довести его до ума сумел только он.

Иоганн Гутенберг

Гутенбергу удалось первому в Европе отработать ТЕХНОЛОГИЮ печати. То есть подобрать состав краски – чтобы она была не жидкой и не слишком густой. Разработать оснастку, с помощью которой закрепляются литеры. Материал для их изготовления. Станок, на котором процесс идёт достаточно быстро и, в то же время, качественно. В общем, те, кто имеют дело с промышленностью, согласятся, что Гутенбергом был проделан титанический труд. Тем более, что информацию для этого тогда добыть было нелегко: ни погуглить, ни даже в библиотеку не пойти: то есть можно было, конечно, дойти до местного монастыря и задать сакраментальный вопрос «где тут у вас библиотека?» Но хранились там в основном труды совсем другого рода, как сейчас сказали бы – гуманитарного характера.

Печатный станок Иогана Гутенберга

К тому же гениальный изобретатель, как это обычно бывает, испытывал финансовые трудности… Но не будем о грустном. Несмотря на все препятствия, он создал (то есть не просто нарисовал, а отлил в металле!) несколько различных шрифтов, напечатал латинскую грамматику, несколько папских индульгенций и, наконец, две Библии: они известны как 36-строчная и 42-строчная Библия – столько строк было на каждой страницу. Именно с 42-строчной Библии (первая половина 1450-х годов) и ведут обычно начало книгопечатания ввиду высокого качества получившейся книги по сравнению с предшествующими изданиями.

Музейный экземпляр знаменитой 42-строчной Библии

И с этого момента начинается стремительное распространение книгопечатания – во многом благодаря религиозным спорам между католичеством и протестантизмом. Разумеется, находились у него и противники: например, во Франции Сорбонна пыталась наложить запрет на книгопечатание. Вот тебе и гнездо учёности… На родине демократии, то бишь в Англии, количество типографий поначалу было ограничено.

В конце XV века, уже после смерти Гутенберга некий немецкий клирик написал трактат «В похвалу переписчикам», в котором объяснял, в частности, что переписывание книг от руки является добродетелью, поскольку в процессе работы монах может делать перерывы для молитвы. Но так как свои мысли он хотел донести до максимального количества людей, то и трактат свой не написал от руки, а напечатал.

ПЕРВАЯ ПЕЧАТНАЯ МАШИНА

Перечисленные ранее способы печати были основаны на ручном труде. Устройства, на которых печатали в те времена, можно было называть станком или прессом, но на дворе наступала эпоха машинной промышленности – и почему полиграфия должна была отставать от прочих отраслей? Чтобы сделать печать ещё более производительной и доступной, нужна была именно машина (правда, по-английски многие печатные машины и до сих пор именуются press, но это слово характеризует лишь процесс печати, при котором необходимо оказывать давление).

И взялся за эту задачу скромный немецкий работник типографии Фридрих Кёниг. Идея о создании такой машины пришла ему в далёком 1802 году. Он хотел, чтобы машина выполняла большую часть операций, которые печатник делал вручную. Правда, саму машину он представлял себе пока что как старый добрый ручной пресс в комплекте, как сказали бы сейчас, с опциями, механизирующими нанесение краски на форму, подачу чистых листов и удаление запечатанных, отвод формы и т. д. Соответственно, в конструкции были такие архаичные детали, как деревянный зубчатый привод. Зато красочный аппарат был уже вполне продвинутый: валики, часть из которых имела металлическую поверхность, а часть была обтянута кожей.

Фридрих Кёниг

В 1803 году Кёниг пытается реализовать свою идею в железе и дереве. Но получить работающую машину ему тогда не удалось: в Германии было не развито машиностроение (да, и Берлин не сразу строился) – вот как давно это было! Да и местные полиграфисты не горели желанием содействовать прогрессу. Не сумев стать пророком в своём отечестве, Фридрих стал искать возможность для реализации своей идеи за границей. Некоторое время он долго и мучительно разрывался между двумя направлениями: Россией и Англией. И он почти решился ехать в Англию… Но в 1806 году вдруг принял решение отправиться в Санкт-Петербург. Да, первая печатная машина могла быть построена в России!

По прибытии он поселился у друга юности, который оказался, ни более, ни менее, царским медиком. Думаете, это помогло? Как бы не так. Царь был вечно занят: рулить государством – это вам не игрушки всякие… После долгих месяцев ожидания изобретателю сообщили, что царь с его предложением ознакомился. И предлагает ему возглавить строительство типографии для печати школьных учебников. Но… царь был против «эксперимента». Кёниг отказался от предложения, забрал чертежи и покинул Россию. Закономерно – но всё равно обидно 🙁 В итоге строительство печатной машины началось там, где была и потребность в ней, и возможность её создания, то бишь в мастерской мира.

Именно в Англии в 1810 году Кёниг получил патент на печатную машину – это было уже совсем другое устройство! Целиком металлическое и с новой конструкцией – изобретатель смог отойти от идеи «роботизировать» ручной пресс. Надо отметить, что в создании новой конструкции ему помог другой Фридрих – магистр математики Бауэр, который стал его компаньоном.

В 1811 году они представили публике действующий агрегат, но восторга у специалистов не вызвали: скорость работы, по сравнению с ручной, выросла с 240 листов в час всего лишь до 400. Кёниг напрягся – и опять придумал новый механизм, на основе вращающегося цилиндра. Надо сказать, что именно на этой основе построено большинство печатных машин до сегодняшнего дня. В конце того же года компаньоны «выкатили» новую модель со вдвое увеличенной скоростью работы.

Печатная машина Фридриха Кёнига

Увидев новую конструкцию, владелец «Таймс» Джон Вальтер сказал: «Дайте две!» Их монтаж начался летом 1814 года в соседнем с типографией здании, причём в обстановке полной секретности. Джон до последнего скрывал от рабочих свой коварный план: ещё совсем недавно в стране бушевали луддиты, разрушавшие машины, и британские трудящиеся наглядно показали, что без боя свои интересы не сдают. В знаменательный день (вернее, ночь с 28 на 29 ноября 1814 года) печатникам предложили малость отдохнуть, поскольку редакция газеты якобы ждёт важной новости… а в 6 утра Вальтер огорошил их известием: тираж уже готов! Он был напечатан силой пара со скоростью 1100 листов в час. Кстати, в этом номере одна их статей радовала читателей тем, что они держат в руках плод технического прогресса.

Компания, основанная Кёнигом и Бауэром, существует до сих пор: это германская КВА. И она до сих пор производит печатные машины.

В общем, книгопечатание – одно из величайших изобретений за всю историю человечества, двинувшее вперёд технический и общественный прогресс.

Как это делается теперь

Прогресс не стоит на месте: процесс печати непрерывно совершенствовался. В начале ХХ века в США была изобретена офсетная печать: это способ печати, при котором изображение (то есть краска) с формы переносится не прямо на бумагу, а сначала попадает на промежуточное резиновое полотно. До недавнего времени офсет был преобладающим способом нанесения изображения на бумагу. Но и его господство пошатнулось благодаря цифровой печати. Именно цифровые машины используются в нашей типографии.

Прежде цифровую печать представляли примерно так:

…путешественники побывали на книжной фабрике, где делались самые различные книги: маленькие и большие, тоненькие и толстые, книжки-картинки и книжки-игрушки в виде ширмочек, гармошек, катушек, плетушек. Здесь работали десятки типографских машин. Стоило сунуть в отверстие такой машины принесённую писателем рукопись и сделанные художником рисунки, как сейчас же из другого отверстия начинали сыпаться готовые книжки с картинками. В этих машинах печатание производилось электрическим способом, который заключался в том, что типографская краска распылялась внутри машины специальным пульверизатором и прилипала к наэлектризованной бумаге в тех местах, где должны были находиться буквы и картинки. Этим и объяснялась быстрота изготовления книг.
(Н. Носов, «Незнайка в Солнечном городе»)

Процесс в этой детской книге описан совсем просто и не совсем верно – хотя идея понятна. Для начала, рукопись ещё нельзя просто запихнуть в машину – придётся подготовить файл: самостоятельно или с помощью специально обученных людей, которые превратят ваши гениальные идеи в удобочитаемый текст с потрясающими картинками. И, если надо, подумают, как сделать вашу продукцию в виде ширмочки, гармошки и т. д.

А уж готовый файл можно просто отправить на печатную машину. Как много стоит за этим «просто»! О тяжёлом пути первопроходцев на пути создания полиграфической техники мы уже немного знаем. Думаете, создание цифровой техники в середине ХХ века пошло как по маслу? Ничуть не бывало.

Честер Карлсон (да, его предки были из Швеции 🙂 ) – это просто волощение американской мечты. Нищее детство, работа с ранних лет, скитания их штата в штат… И при этом – твердокаменное желание выучиться и стать учёным-изобретателем. Со школьных лет он мечтал, когда вырастет, заняться тем, что сейчас называется венчурным бизнесом – то есть доводить до ума всяческие изобретения. А он родился, между прочим, в 1906 году! В то самое время, когда лишь зарождался способ офсетной печати.

Именно ему пришла в голову идея – как копировать изображения с помощью света и электрических зарядов. Надо сказать, что это, в своём роде, замечательная идея. Если идея высокой печати в том виде, в котором её осуществил Гутенберг, носилась, что называется в воздухе (не зря у него были конкуренты на звание первопечатника), то вычурно-сложный механизм печати, придуманный Карлсоном, не пришёл в голову никому более. И если бы не этот фанатичный шведоамериканец – кто знает, как долго тексты размножались бы с помощью офсета в типографиях и печатных машинок – в офисах.

Честер Карлсон

22 октября 1938 года он впервые произвёл печать с помощью так называемого ксерографического метода. И… ничего. Гиганты бизнеса, к которым он приходил со своим изобретением, смотрели на него, как на пустое место. Отчасти просто потому, что идея действительно была слишком сложной для понимания. IBM, «Ремингтон», «Форд», «Локхид», «Дженерал Электрик»… Длинный скорбный путь. Наконец, изобретением заинтересовались в Баттельском исследовательском институте. Между прочим, там работали не последние учёные: этот институт участвовал, например, в Манхэттенском проекте! Но и после этого дела шли ни шатко, ни валко: долог путь от идеи до работающей технологии. Долог и дорог. А желающих рискнуть среди бизнесменов по-прежнему не было.

Первое изображение, сделанное новым способом

В реальной жизни предстояли ещё долгие годы сотрудничества между Карлсоном, Баттельским институтом и компанией, которая тогда называлась Haloid – новое название ей придумали потом. И все эти годы руководство грызли сомнения: а не зря ли мы ввязались в эту авантюру? Может, надо было просто делать фотоплёнку, как отцы завещали (отец руководителя компании, передавший ему свой бизнес, действительно был очень недоволен пустыми тратами) – верный кусок хлеба! Это теперь мы знаем, что фотоплёнка продержится не так уж долго – а тогда преимущества нового пути были вовсе не так очевидны. А бедный Карлсон уже подумывал, что так и умрёт бедняком – ибо, пока суть да дело, закончится срок действия его патентов.

Но все препятствия остались позади, первая настольная модель была выпущена – в 1960 году, то есть через 22 года (!) после изобретения принципа ксерографии. И началось триумфальное шествие, торжество таланта и упорства. Хотя по сравнению с нынешними печатными машинами те одноцветные устройства имели жуткое качество, были ужасно капризны и требовали содержания специально обученного оператора – эффект всё же был потрясающим. В общем, хэппи-энд. Ну а нам и вам уже не надо преодолевать такие трудности и мириться с ужасными отпечатками – просто приходите и приносите свои идеи!

Возможно, с течением времени процесс изготовления печатной продукции приблизится к идеалу, о котором мечтали писатели.

Они подошли к хромированному агрегату, и Валентина загрузила в него книги, найденные для Джерри. Аппарат загудел и замигал.
Через несколько минут юноша получил свои книги и увидел точно такие же в руках библиотекаря. Он всмотрелся внимательнее и понял, что держит в руках копии — даже с пожелтевшими пятнами на обложке одной из них, только обложки всех трёх томов стали одинаково твёрдыми.
— Теперь это ваши личные книги, — сказала библиотекарь.
(Н. Гарькавый, «Теория катастрофы»)

Но пока технический прогресс ещё не достиг такого совершенства – мы будем помогать вам. Для этого вы просто приходите к нам – и делаете заказ. Или даже не приходите, а присылаете файл.

Юрий Захаржевский. Специально для Идеи Принт.

Источник