Как построить коммунизм
Теория коммунизма
Термин «коммунизм» в современном понимании появился в середине 19 века, когда Карл Маркс и Фридрих Энгельс опубликовали работу под названием «Манифест коммунистической партии». Естественно, что в разных формах коммунистические идеи высказывались и ранее, поскольку человечеству всегда была свойственна мечта о справедливости и социальном равенстве. Тем не менее максимально конкретно эту мечту сформулировали именно авторы «Манифеста».
Они утверждали, что капиталистическое общество, построенное на эксплуатации и жажде наживы, будет в ближайшем будущем разрушено восставшим пролетариатом, который устанет терпеть все более возрастающее социальное неравенство. Авторы справедливо предполагали, что владельцы крупного капитала не будут заинтересованы во всеобщем равенстве, поэтому указывали, что единственный путь перемены общественного строя – насильственный, а власть в период смены капитализма на коммунизм должна будет принадлежать пролетариату.
Попытки построения коммунизма в отдельно взятой стране (СССР) провалились по ряду причин, одной из которых было техническое несовершенство производственных процессов, требовавших непременного участия людей. Для полноценного функционирования государства было необходимо множество человек, занятых на непрестижных и тяжелых работах, и как ни старались агитаторы убедить таких людей, что все работы хороши, негативные настроения были неизбежны.
На сегодняшний день коммунизм пытаются построить Куба и Северная Корея, однако до удовлетворения всех потребностей общества там еще очень далеко.
Необходимые условия для постройки
Современный уровень автоматизации, в принципе, дает возможность задействовать на самых тяжелых, опасных и вредных производствах роботизированные механизмы, однако стоимость полного перехода на автоматику во всех процессах еще очень высока. Как ни парадоксально, эксплуатировать человеческий труд во многих сферах выгоднее, чем машинный. Кроме того, проблему создает неравномерное распределение избыточных ценностей, то есть тех вещей, которые не являются необходимыми для выживания: предметов роскоши, деликатесов, элитного жилья, транспорта. Для того чтобы коммунизм наступил, нужно либо распределить избыточные ценности между всеми поровну, либо удовлетворять лишь минимальные потребности людей.
Общественный строй первобытных людей, в принципе, можно считать примитивным вариантом коммунизма, хотя, конечно, речь здесь шла исключительно о выживании, а не об избыточных ценностях.
Чтобы построить коммунизм, понадобится не только материально-техническая база, позволяющая обеспечить потребности всех людей, но и идеологическая работа, формирующая в обществе представление о коммунизме, как наивысшей форме развития. Коммунистический строй невозможен без смены человеческих идеалов и ценностей, отказа от капиталистической модели мира, в которой самым сильным и успешным человеком считается самый богатый и властный. Таким образом, строительство коммунизма нужно начинать с наращивания технических возможностей и формирования новой идеологии.
Новое в блогах
Как построить коммунизм?
Как построить коммунизм?
Дмитрий Верхотуров
После ряда постов на тему развития хозяйства, естественно, встает вопрос о том, каким именно образом построить этот самый искомый коммунизм. Мне этот вопрос задавался уже не раз, так что имеет смысл обратиться к этой теме.
1. Для начала нужно уточнить, что именно стоит целью. У нынешних социалистов и коммунистов в этом отношении полнейший разнобой. Некоторые социалисты хотят всеобщего велфэра, некоторые социалисты хотят создать что-то вроде индивидуального натурального хозяйства. Некоторые социалисты и даже коммунисты ставят целью восстановление советского строя со всеми его атрибутами. Некоторые же просто хотят загнать людей на тяжелую ручную работу.
Если не знать, куда идти, то никуда прийти нельзя. Если не иметь четкого представления о целях, то в итоге получится вовсе не то, что ожидалось вначале. Цели должны быть максимально возможно конкретизированы.
7. Третий этап.
Этот этап связан с преобразованием окружающего общества на коммунистический лад. Для этого с помощью автоматических комбинатов на новых местах строятся новые города и поселения, оборудованные автоматами, в которые принимаются люди, пришедшие из окружающего общества. Они попадают в совершенно другие условия, проходят обучение и адаптацию в обществе на коммунистических принципах. Иными словами, создается переток людей из капиталистического общества в коммунистическое и происходит переработка прежнего капиталистического и даже докапиталистического общества коммунистическим обществом. Главное тут состоит в решительной смене обстановки и условий, окружающих человека, ибо нельзя оставить людей в хижинах и призывать их к коммунизму.
Со временем старые города и промышленные центры будут заброшены. Они либо будут реконструированы под новые цели, с сохранением памятников истории, либо же будут снесены, а материалы переработаны автоматами.
Это, конечно, очень и очень абрисный план, набросанный самыми широкими мазками, и в нем пока не обозначены многие немаловажные моменты, которые, впрочем, в дальнейшем будут проработаны.
Почему в принципе невозможно построить коммунизм
Разве это не хорошо? — вопрошают фанаты СССР. От каждого по способностям — каждому по потребностям. Поработал себе, пришёл в магазин, взял всё бесплатно — сиди ешь да радуйся!Что самое смешное — на самом деле весь этот «бесплатный» Коммунизм являлся обычной сказкой, и даже если его удалось бы построить — то жизнь при нём была бы намного хуже и уродливее, чем жизнь на «загнивающем Западе, где все лучше человеческие качества измеряются лишь звонкой монетой».
Сказка о чём-то там бесплатном при Коммунизме в СССР родилась ещё в довоенные времена, а окончательно оформилась в 1961 году, когда прошёл XXII съезд коммунистической партии. Именно на этом съезде Хрущёв объявил, что к 1980 году в СССР будет построен коммунизм и нынешнее поколение советских людей будет при нём жить. При этом не уточнялось — а каким, собственно, образом это должно быть достигнуто? Обычно ограничивались общими фразами — нужно ещё «более лучше» работать, бороться с бюрократами, плутократами, волюнтаристами и несунами, крепить оборону и в целом трудиться на благо Родины.
В СССР в школах не изучали классические утопии (вроде книги Томаса Мора), не читали антиутопии (вроде книг Замятина, Оруэлла, Платонова и Хаксли), а также не изучали Библию и книги других религий, поэтому практически никто не заметил, что сказка о неком идеальном Коммунизме к 1980 году — это обычный религиозный миф об «идеальном мире», подогнанный под современные реалии — мол, мы всем обществом туда движемся и обязательно туда попадём. При этом никто толком не представлял ни то, на что этот Коммунизм должен быть похож, ни то, как туда добраться.
После XXII съезда коммунистической партии огромными тиражами стали издаваться всяческие брошюры и атласы, которые рассказывали о том, как же будет хорошо жить при Коммунизме в 1980 году. Сказано о том, что начало — это половина дела, и Коммунизм, о котором мечтали много веков, будет вот-вот уже построен.
«Программа построения коммунизма в нашей стране составлена по точным научным расчетам» — уверяют авторы брошюры. Через 20 лет будет создано изобилие всех продуктов и товаров, люди будут работать по 6 часов и получать по потребностям, кажется чего проще — пришёл и взял.
Выше перечисляется всё то, что при Коммунизме будет точно бесплатно — квартиры, городской транспорт, учёба, детсткие сады, санатории и лекарства, а также разумеется вся еда и товары народного потребления (что вытекает из текста). Что самое смешное — некоторые действительно верили в то, что всё именно так и будет.
В стране нет ничего «бесплатного».Не устаю повторять простую мысль (недоступную фанатам СССР), что никаких «своих» денег у государства нет — оно лишь перераспределяет блага, произведённые всеми членами общества. Деньги на «бесплатные» квартиры, медицину и детские сады изымались бы из бюджета, который был наполнен всеми трудящимися гражданами. На практике это означает, что слесарь Василий за свою работу в месяц получил бы не 300, а 150 рублей, стоял бы 20 или 30 лет в очереди на «бесплатную» квартиру, после чего получил бы её — без права собственности и без права выбора. Не проще ли было бы слесарю Василию получать полную зарплату, платить из неё по 50 рублей в месяц по ипотеке с правом выбора типа жилья, района, города и с полным правом собственности на жильё после выплаты?
Совковое государство такой возможности не давало, рассказывая сказки о «бесплатных квартирах». Всё вышеперечисленное касается также «бесплатных» детсадов и «бесплатной» медицины — люди просто не знали, сколько они реально зарабатывают и сколько налогов платят на всё это «бесплатное». Это же касается и «бесплатных» промтоваров и «бесплатных» продуктов — на их производство были затрачены добытые в стране ресурсы, энергия и трудовое время граждан, что имеет определённую ценность. Если эта продукция изымается в одной части страны и «бесплатно» раздаётся в другой — то это не значит, что она «бесплатная», она не прилетела с неба — за неё заплатили своим трудом другие люди, вот и всё.
В общем, вся фишка «бесплатного» Коммунизма заключалась бы именно в этом самом распределении и перераспределении. Давайте подумаем, как выглядел бы реальный «бесплатный» коммунизм. Допустим, вы приходите в фотомагазин в счастливые времена наступившего Коммунизма и хотите «бесплатно» взять фотокамеру — как уверяют нас советские сказочники, это было бы возможно, если бы Коммунизм был построен. В магазине есть три вида фотокамер — дешевая «детская», полупрофессиональная и профессиональная, с тремя сменными объективами. Разумеется — вы захотите взять себе камеру получше. Тогда кто будет брать дешёвые и простые камеры — если всё будет «бесплатно» и можно будет брать, что хочешь? В общем, вы взяли дорогой фотоаппарат, да вот незадача — в первый же день его разбили. Назавтра вы идёте в магазин за таким же новым — при Коммунизме вам должны тут же выдать такой же второй — ведь всё кругом бесплатно, так?
И тут мы наталкиваемся на ограничения. Скорее всего, «бесплатно» взять самый дорогой фотоаппарат вам не разрешат — для этого нужно будет иметь какой-нибудь «значок классности фотографа». И второй фотоаппарат взамен разбитого вам взять тоже не разрешат — а разрешат взять, например, через год или три. В общем, при «бесплатном» коммунизме на промтовары выдавали бы какие-нибудь очередные «талоны» — которые можно было бы получать на работе в ограниченном количестве. Это было бы тем же аналогом денег, только намного худшим — так как получить их было бы сложнее, да и их покупательная способность была бы очень узкой, что вынуждало бы к «натуральному обмену» талонов на талоны и другим танцам с бубном.
Идём дальше. Бесплатные продукты. Тут та же история, что и с фотоаппаратом — приходите вы в магазин, и забираете себе «бесплатно» целого лосося на 15 килограммов — три самых лучших кусочка съедите сами, а остальное выбросите котам у подъезда. А на вечер возьмете пять банок черной икры — просто съесть ложкой под пиво. Разумеется, сделать такого вам никто бы не разрешил, ввели бы ограничения — скажем, вы можете брать 1 батон и 1 пакет молока в день, а лосося — раз в месяц. А банку чёрной икры — раз в год, а то на всех не хватит «бесплатного». Всё это регулировалось бы теми же талонами.
В общем, реальный «безденежный» коммунизм очень походил бы на общество абсурда — в котором уже не было бы денег, а люди занимались бы «натуральным обменом» квази-денег-талонов. Вам на работе дали месячный талон на лосося, но вы не любите рыбу — и ищете того, кто мог бы вам обменять его на талон на 20 пачек мороженого. А у коллеги по работе есть ценный талон на «бесплатную» стиральную машину — и вы год или два копите талоны на гвозди (которыми вас пичкают на работе), чтобы выменять у него этот редкий талон, но вот незадача — коллега в самый последний момент обменивает этот талон на талон на телевизор. И вот остаётесь вы с горой талонов на гвозди и без стиральной машины.
В этом обществе абсурдного «бесплатного Коммунизма» точно так же появилась бы своя «элита» — которая имела бы доступ ко всем необходимым талонам в любом количестве, а также свой бедный класс — который получал бы только минимальное количество продуктовых талонов и никогда — ценные талоны на технику или автомобили. Кроме того, государство получило бы новый инструмент принуждения — неугодных можно было бы месяцами «кормить» талонами на гвозди, а талоны на еду не выдавать — пусть делают, что хотят. И наоборот — поощрять особо угодливых какими-нибудь редкими талонами на видеомагнитофоны или модельную обувь.Также появились бы раздельные магазины для разных групп граждан — в зависимости от их «талонной платежеспособности» (дабы пресечь нелегальные манипуляции талонами).
Если вы работаете простым слесарем — то разумеется, талона на черную икру у вас попросту не может быть, он вам не положен — а значит, в магазине для вас будет только килька в томате (разумеется бесплатная), а в магазин с чёрной икрой вас даже не впустят — так как талон на икру мог попасть к вам только нелегально, и делать в таком магазине вам нечего.
В общем, этот ваш «бесплатный Коммунизм» был бы самой настоящей тюрьмой и обществом абсурда, который по прихоти какого-то усатого чёрта отменил бы деньги, ввергнув общество в настоящее средневековье, но зато «не как у буржуев». Это называется «назло маме отморожу уши».
5 эффективных попыток строительства коммунизма, и что из этого вышло
Получайте на почту один раз в сутки одну самую читаемую статью. Присоединяйтесь к нам в Facebook и ВКонтакте.
Поселок Пирамида, Шпицберген
История русского присутствия на арктическом архипелаге Шпицберген насчитывает уже несколько сотен лет. Первыми эти северные земли начали осваивать в частном порядке поморы, а в двадцатом веке туда официально пришло советское государство. Трест «Арктикуголь» был основан в 1931 году, и уже в пятидесятых годах управлял на территории Шпицбергена четырьмя поселками: Баренцбургом, Колсбеем, Грумантом и Пирамидой.
В пиковые годы население советского Шпицбергена составляло под три тысячи человек, что было больше, чем количество норвежцев на де-юре норвежском архипелаге. В основном, это были шахтеры, ведь именно добыча угля была и остается основой экономики тамошних мест. Люди ехали в Арктику за северной романтикой и длинным рублем. Рассказывают, что шахтеры на Шпицбергене зарабатывали по 700 рублей в месяц, в то время как в самом Советском Союзе зарплата в 200 рублей считалась уже очень хорошей.
Витриной советского присутствия на Шпицбергене в течение нескольких десятилетий был поселок Пирамида, выросший возле одноименного рудника. Его изначально возводили как «Город Солнца», по всем правилам коммунистического строительства.
В поселке на тысячу жителей располагалось несколько жилых общежитий, общежитие для семейных сотрудников, больница, школа, детский сад, громадный спортивно-культурный центр, стадион, бассейн, подсобные хозяйства и, конечно же, шахта.
Заботливое руководство пригнало в Пирамиду несколько барж с черноземом, на котором жители поселка тут же стали выращивать однолетние цветы.
Пирамида оказалась совершенно уникальным местом на Земле, где, действительно, был построен коммунизм. Сотрудники бесплатно жили в общежитиях, бесплатно питались в столовой (причем, по высшему разряду, с икрой и деликатесами), бесплатно отоваривались в магазинах и получали все возможные в населенном пункте услуги. Так что все заработанные тяжелым трудом в Арктике деньги скапливались на счетах рабочих в советском банке. Это позволяло всего за несколько зимовок скопить на кооперативную квартиру.
Практически все, кто жил в то время на Пирамиде, называют те годы лучшими в своей жизни. Конец арктическому коммунизму наступил с развалом Советского Союза. Тогда выяснилось, что добывать уголь на Шпицбергене – экономически нецелесообразно, а потому в 1998 году поселок и рудник были законсервированы.
Жизнь вернулась в те места только через десять лет, когда была заново открыта гостиница «Тюльпан». Сейчас некогда коммунистический поселок Пирамида является центром международного туризма, куда едут люди со всего мира, чтобы увидеть воочию знаменитый «призрак коммунизма».
Мондрагонская корпорация
Попытки построить справедливое социалистическое и даже коммунистическое общество неоднократно принимались и в капиталистических странах, в том числе, в Испании времен диктатуры Франко.
Эта история началась в сороковых годах двадцатого века в маленьком баскском городке Мондрагон, куда прибыл на служение молодой священник Хосе Мария Аризмендиарриета. В 1943 году священнослужитель основал в бедном, пострадавшем во время Гражданской войны населенном пункте технический колледж. Это учебное заведение должно было стать основной для развития Мондрагона.
В пятидесятых годах в Мондрагоне усилиями Аризмендиарриеты и его учеников было основано несколько компаний по производству товаров широкого потребления. Эти фирмы были созданы по принципу кооперативов, в которых каждый участник, вне зависимости от должности, имел равное со всеми остальными право голоса и равное право на получение материальных благ по результатам труда. Упомянутый выше технический колледж стал местом подготовки профессиональных кадров для этих кооперативов.
В течение нескольких последующих десятилетий к созданному священником конгломерату компаний и учебного заведения присоединилось множество других кооперативов. В результате на заложенной изначально гуманистской социалистической основе выросла огромная корпорация. В ее составе выделились научно-исследовательские центры, банк для аккумуляции денег и инвестиций в новое производство, школы, больницы, магазины.
По мере роста доходов Мондрагонской корпорации повышался также и уровень социального обеспечения всех ее членов. При этом каждый сотрудник отлично понимал, что от эффективности его труда, он его личной ответственности и инициативности растут его личные доходы, как и доходы всего конгломерата кооперативов.
Интересно, что уровень доходов членов корпорации также определяется по принципу общего согласия. Члены каждого кооператива сами определяют, сколько получают обычные сотрудники и высшее руководство компаний. При этом соотношение доходов от наиболее низкого до самого высокого в среднем составляет один к пяти. Это позволяет даже рядовым рабочим иметь высокий достаток, но при этом стимулирует их постоянно работать над самосовершенствованием. Социальные лифты внутри Мондрагонской корпорации работают с завидной эффективностью.
Социалистические принципы построения Мондрагонской корпорации в некоторых аспектах превратились в хорошем смысле этого слова коммунистические. Общее владение средствами производства, общее распределение материальных благ (денег, услуг, материальных ценностей).
Сейчас Мондрагонская корпорация вышла за пределы Страны Басков и даже Испании. Она имеет свои представительства и производственные мощности в США, Китае, Южной и Центральной Америке. Общее количество ее сотрудников составляет 74 тысячи человек, а годовой оборот – 12 миллиардов долларов.
Мондрагонская корпорация – это любимый пример левых со всего мира, доказывающих, что социализм и даже коммунизм с человеческим лицом возможен и успешно существует уже несколько десятилетий.
Колония Дигнидад
В 1961 году на территории Чили объявилась группа немцев во главе с проповедником Паулем Шефером. Это были представители протестантской секты, образовавшейся в ФРГ после Второй Мировой войны.
Немцы создали на своей новой Родине сельскохозяйственное поселение, ставшее известным под названием Колония Дигнидад. Это была огромная, обнесенная стеной и сторожевыми башнями территория площадью 137 квадратных километров, над которой фактически не властвовали законы Чили. Власти государства с радостью приняли у себя гостей и даровали их поселению особые экономические и административные права.
Взамен немецкие колонисты обязались заботиться о чилийских детях-сиротах, а также организовать бесплатное образование и медицинскую помощь в прилегающих к «Дигнидаду» районах. Также они пообещали обучить южноамериканских крестьян европейским методам ведения сельского хозяйства.
Жизнь колонии была организована на коллективных началах: коллективный труд, коллективное воспитание детей, коллективный досуг, коллективные приемы пищи, обязательное посещение церкви, раздельная жизнь мужчин и женщин.
Де-юре колония была общей собственностью всех ее членов, но фактически абсолютной властью над нею обладал Пауль Шефер.
Прекрасное, справедливое, богатое и счастливое сообщество единомышленников, каковым показывала Колонию Дигнидад чилийская пропаганда, оказалось закрытой тоталитарной сектой с полным контролем членов, жестокими наказаниями провинившихся, убийствами оппозиционеров и растлением малолетних.
Колония Дигнидад существует и в наши дни. Но сейчас, после ареста Шефера и его сподвижников, после масштабного скандала, она превратилась в открытое для мира сельскохозяйственное поселение. Не такое богатое, как раньше, но вполне эффективное.
Деревня Хуаси, Китай
Китай лишь номинально является страной с победившей коммунистической идеологией. В реальности это развитое капиталистическое государство, которым в качестве атавизма руководит компартия. Однако есть в Поднебесной места, жители которых до сих пор всерьез относятся к идеям построения коммунизма и всячески пытаются их реализовать.
В качестве наиболее наглядного примера можно привести населенный пункт Хуаси провинции Цзянсу, который называют «самой богатой деревней Китая». Хуасийское экономическое чудо началось в шестидесятых годах, когда новый председатель деревенской партийной ячейки, Ву Реньбао осознал, что благодаря сельскому хозяйству достичь благополучия всех местных жителей не удастся, а потому решил развивать на родных пенатах промышленность.
Резкий рост экономических показателей в Хуаси начался в восьмидесятых годах, во время реформ Ден Сяо Пина. Тогда в деревне появилось множество заводов, в том числе, с иностранным капиталом. Сейчас в Хуаси более восьмидесяти промышленных предприятий, которые исправно выплачивают налоги в бюджет населенного пункта, а также платят ему за использованную землю.
Фактически Хуаси – это акционерное общество, членами которого являются все коренные жители деревни, а это около двух тысяч человек. Каждый из них получает свою часть от прибылей населенного пункта, а также множество других материальных благ.
К примеру, власти Хуаси построили для своих «акционеров» одинаковые просторные коттеджи, обеспечивает им бесплатное образование (среднее и высшее), медицину, страховку, а продукты в магазинах для жителей деревни отпускаются ниже себестоимости.
Коренные хуасийцы и их многочисленные родственники ездят на дорогих автомобилях, имеют солидные счета в банках, отдыхают на лучших курортах по всему миру. За эти возможности они благодарят коммунистическую идеологию в целом и КПК в частности.
Однако это благополучие касается только тех, кто имеет местную прописку, а их не так много. В реальности высокий уровень жизни коренных хуасийцев основан на дешевом, низко квалифицированном труде почти тридцати тысяч рабочих местных фабрик. Они также живут в деревне, давно разросшейся до масштабов небольшого города, но не имеют права пользоваться всеми благами местного коммунистического общества. Разве что их дети ходят в школу бесплатно.
Мир узнал про Хуаси в 2011 году, когда там был построен и запущен в эксплуатацию 328-метровый (74-этажный) небоскреб. Инвесторами строительства стали сами жители деревни. В здании разместились офисные пространства, отель, торговый центр, а также жилые апартаменты. Это единственный в мире небоскреб, который расположен в деревне.
Деревня Омитара, Намибия
Жителям африканской деревни Омитара в Намибии не пришлось самим напрягаться, чтобы получать серьезный по меркам их страны достаток. За них все сделали немецкие благотворители. В 2008 году в этом небольшом населенном пункте начался социальный эксперимент по изучению влияния на людей безусловного основного дохода.
Каждый житель деревни младше 60 лет стал получать ежемесячно от немецких благотворителей 100 намибийских долларов (примерно 7 долларов американских) – сумму, которую вполне хватает на еду, медицину и образование для детей. В Омитаре также появились контролеры, которые проверяли целесообразность трат, ведь был большой риск, что осчастливленные заморскими спонсорами африканцы спустят все деньги на алкоголь.
Первые результаты данной социальной программы оказались очень даже положительными. Избавившись от необходимости выживать, жители Омитары стали более целеустремленными и амбициозными. Бедные семьи начали отдавать детей в школы, некоторые селяне открыли собственный мелкий бизнес. В Омитаре понизился уровень преступности, с 42 до 17 уменьшился процент жителей с недостаточным весом.
Однако последующие исследования показали, что ситуация не такая радужная, какой казалось поначалу. Количество новых детей в школе было минимальным. Зато, чтобы получать больше денег от благотворителей, омитарские семьи стали больше рожать. В итоге население деревни всего за два года выросло с 1000 человек до 1400.
Борьба инициаторов проекта с алкоголем не принесла особого успеха. Оказалось, что в деревне за время эксперимента появилось восемнадцать подпольных точек продажи спиртных напитков. А в некоторых семьях все полученные от немцев деньги спускали именно на выпивку, так что дети из них вынуждены были сдавать пустые бутылки, чтобы купить себе хоть немного еды.
Также оказалось, что поля, на которых ранее работала большая часть жителей Омитары, опустели и заросли сорняками. Большая часть людей, получая дармовые деньги, вообще перестала работать – собственное дело открыли лишь единицы.
В итоге в 2009 году немецкие благотворители снизили уровень финансовой помощи африканцам, предполагая, что угроза оказаться без денег будет стимулировать их зарабатывать самим. В 2011 году они вообще прекратили эксперимент, что серьезно отобразилось на уровне жизни в деревне.
В 2014 году представители итальянской методистской церкви возобновили финансовую поддержку жителей Омитары, которые за время предыдущего эксперимента совсем разучились работать и брать на себя ответственность за собственную жизнь.
Понравилась статья? Тогда поддержи нас, жми: